На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000





Главная   >  Позиция

Если человек имеет право на жизнь, то все, что ему для этого необходимо, должно даваться бесплатно

2016.07.07 , Говорит Москва , просмотров 3555

М. Делягин: Здравствуйте, дорогие друзья! Меня зовут Михаил Делягин, я экономист. Мы обсудим сегодня много интересного, и я надеюсь вытаскивать вас в эфир сегодня как можно больше, потому что, как выяснилось, я делаю это непозволительно мало. Но начать я хочу, как всегда, с голосования. Давайте проведём голосование одной очень интересной и важной вещи, хотя многим она покажется страной, но это важно. Должны ли мы платить за необходимые для жизни блага? Должны ли мы платить, грубо говоря, за воздух, за хлеб, за воду, за жильё и прочие  вещи, которые необходимы человеку, чтобы жить? Вот вы заметили уже, что я смешал в одной фразе то, за что мы не платим и не можем себе вообразить, что за это можно платить, – за воздух, и то, за что мы платим уже очень давно и очень много, а между тем, это вещи в принципе однородные. Потому что у нас сейчас леса в значительной степени приватизированные и частный лес вырабатывает кислород, если вы его дышите не лицензировано, потребляете кислород, вы за это не платите, то, вообще-то говоря, вы его воруете,  выражаясь языком российских коммунальщиков. А с другой стороны, есть подход теоретический, есть подход исторический. Теоретический подход ярче всего проявляется в медицине. В медицине медики говорят, что есть медицина жизни и медицина комфорта. Вот если у вас болит зуб, медицина жизни обязана сделать так, чтобы он у вас перестал болеть и вам при этом было чем жевать. На худой конец, его можно выбить, если остались все остальные. Но это должно делаться для всех людей. Да, если у человека есть деньги, с него их можно содрать, но если у человека денег нет или их мало, должно делаться бесплатно, потому что это вопрос жизни. А вопрос комфорта - всякие разного рода красивые импланты, косметическая хирургия, фитнес и всё-всё-всё остальное – вот это уже за денежки, это уже нормальный бизнес, который ничем другим от самого обычного бизнеса не отличается. Вот этот подход в медицине профессионалами сознается и то, что профессионалов наша власть отторгает, как обычно, в нашей сфере тоже, это, в общем-то, проблема нашей власти. На самом деле, здесь расхождения есть.

И есть подход к этой проблеме исторический. Дело в том, что в нашей стране, несмотря на все ужасы нашей истории, несмотря на все несчастья, которые мы пережили, при советской власти была очень чёткая установка на то, что люди не должны платить за право жить. Да, это право на жизнь иногда вообще отрицалось как таковое. Но если человек имеет право на жизнь, то то, что ему необходимо, должно ему даваться бесплатно. И когда у государства стали появляться первые деньги, это начало проявляться в области политики. Скажем простая вещь: снижение цен после войны при Сталине. Я напомню, 47-й год – это время чудовищного послевоенного голода, 46-й – 47-й. Это время, когда люди опять умирали от голода по-настоящему. В 47-м году отменили карточки, запустили, выражаясь современным языком, рыночные отношения, и как только появилась возможность, стали снижать цены. Не только потому, что это пропаганда, не только потому, что снижение цен соответствовало каким-то там постулатам, какой-то там экономической теории социализма, которую так никогда толком и не разработало, а потому что было очень чёткое, я бы сказал, животное ощущение у наших тогдашних руководителей, в том числе, у самых несимпатичных, включая Берию, что человек должен платить всё меньше, а в идеале, не должен платить вообще за то, чтобы жить и чувствовать себя по-человечески. И по мере того, как общество будет работать всё лучше, будет становиться всё  богаче, круг этих благ, которые раздаются бесплатно, просто по факту существования человека просто потому, что он человек, будет расширяться. И вот когда круг этих благ расширится и станет совсем широким, вот тогда и наступит коммунизм, когда люди будут получать то, что им нужно, бесплатно. Этот подход реализовывался, в том числе, в мелочах. Мои родители, например, страшно удивились, когда моя старшая сестра, поступив в вуз,  начала в столовой покупать хлеб за денежку. Это было в 70-е годы. Потому что они прекрасно помнили, что когда они учились после войны, в нищей, разорённой стране, студентам  хлеб и горчицу давали бесплатно. Студенты были нищие. Стипендия была крошечная, жилищные условия были ужасные, но хлеб студентам страна могла дать бесплатно. И горчицу. Вот что можно было сделать бесплатно, то бесплатно делали. Не пытались из этого сделать бизнес. И поэтому было бесплатное здравоохранение и образование. Поэтому был дешёвый проезд в городском транспорте. Дешёвая коммуналка и так далее. Это оборачивалось тогда ужасными вещами, скажем, когда дефицитным хлебом колхозники кормили скот, потому что он был дешевле комбикормов. Действительно, все эти проблемы были. Но подход был принципиальный. От этого подхода в 91-м – 92-м году отказались с воплем, что это противоречит рыночной экономике, которая является нашей новой святыней. И вот теперь я возвращаюсь к этой теме и хочу, чтобы вы, дорогие друзья, ответили на вопрос, я запускаю голосование. Те, кто считает, что мы не должны платить за то, что необходимо для жизни, пожалуйста, звоните: +74951342135. Те, кто считает, что мы должны платить за жизненные блага, за то, что необходимо для нашего повседневного существования, пожалуйста, звоните: +74951342136.

Естественно, это не касается богатых, потому что мы с Абрамовичем, естественно, должны платить за всё, потому что у нас есть денежка. Путь даже у нас разный объём денег, совсем разный, но, тем не менее, по сравнению с большинством наших сограждан, у которых просто физически нет никаких сбережений, верхняя треть  москвичей находится в одной категории с Абрамовичем. Речь идёт именно о большинстве людей – бедных людях и о тех людях, которые считают себя средним классом. Очень искренне считают, потому что живут как все вокруг. Но на самом деле, они тоже скорее бедны, чем богаты. Вот тех, у кого нет финансового достатка, кто не может вынуть из кармана деньги и заплатить за холодильник, если он ему вдруг понадобился. Ещё раз. Те, кто считает, что мы не должны платить за жизненно необходимые блага, вот за то, чтобы быть человеком, чтобы оставаться человеком, чтобы чувствовать себя человеком, мы платить не должны, это должно быть бесплатно, по факту того, что мы люди или, по крайней мере, себя таковыми считаем: +74951342135. Те, кто считает, что это неправильно, что мы должны платить за блага, потому что нечего плодить иждивенцев и нечего развращать людей бесплатными подачками, а если у человека по каким-то причинам нет денег, то он сам виноват  и пусть подыхает: +74951342136. Голосование идёт. Я желаю нам всем удачного  голосования. Опять довольно много людей набирают сторонники «Единой России», даже больше чем обычно. Я держу за них кулачок, я всё надеюсь, что когда-нибудь у нас сторонники «Единой России» в нашем голосовании наберут примерно столько же, сколько они набирают по стране на парламентских выборах. И обычно, и мне за это очень много пеняют, я рассказываю про плохое, я рассказываю про неприятности. Я рассказываю про трудности, рассказываю про проблемы. Я обязательно буду про это рассказывать сегодня, но иногда бывают действительно хорошие новости, которые греют душу и другие части тела. И я не могу избежать упоминания этих новостей.

Я специально делаю паузу и рассказываю об этих новостях с запозданием, чтобы меня никто не обвинил  в том, что я там поддерживаю кого-то или чего-то, но, вы знаете, есть хорошие новости, и это хорошо, что они есть. Есть такое чудесное предприятие – «Норильский никель». Флагман российской экономики. Почти 2%  ВВП нашей страны дает, почти 3% производства нашей промышленности. Крупнейший в мире производитель палладия, 22% мирового производства никеля, 9% мировой платины,  более 10% кобальта, меди и всё-всё остальное. Это чудовищное загрязнение окружающей среды. Люди, которые приезжали из Норильска, они вкус меди во рту запоминают на всю оставшуюся жизнь. Он после нескольких дней пребывания в Норильске остаётся во рту и выветривается изо рта только через несколько дней. Норильск является, наверно, самым неблагополучным местом в России и одним из неблагополучных мест по экологии в мире, когда его строили на крайнем Севере в условиях, вообще не приспособленных даже для простого обитания человека, об экологии никто не думал. И вот самый первый завод, который был пущен в Норильске в 42-м году - в самое чудовищное, в самое страшное время войны, в самый страшный момент  никелевый завод, он закрывается сейчас, он находится в центре города. Куда ветер ни подует, накроет с этого завода жилые кварталы, никто никуда не денется. Решение о закрытии этого завода и о том, что производство будет перенесено на более современные заводы, - это было довольно масштабное решение. И федеральные власти, и  краевые власти, и сам «Норильский никель», наконец, договорились и приняли это решение в 2014 году, два года назад, в мае месяце. Это было достаточно сложное решение, потому что было тогда уже понятно, что  впереди кризис и что украинский кризис по нам ударит очень сильно. Для тех, кто был связан с экономикой, это было понятно тогда. И тем не менее, государство приняло решение, что оно снизит экспортные пошлины на продукцию «Норильского никеля», чтобы тот высвобожденные деньги направил на инвестиции, чтобы сохранился объём производства, чтобы был хороший экономический эффект, чтобы было резкое улучшение  экологической ситуации в Норильске, этот самый старейший «Норильский никель» давал 30 % всех загрязнений (ну, загрязнения по диоксиду серы – это самое страшное), «Заполярного филиала» так называемого, то есть это Норильский промышленный район весь. 30% загрязнений – это 380 тысяч тонн выбросов диоксида серы. Я не могу себе представить эти объёмы, но это официальные данные. Это официальная статистика. Дальше начались большие неприятности, потому что, во-первых, очень сложно что-то строить за Полярным кругом, не только при советской власти, но и сейчас, и при этом пошла обвальная девальвация, тем 70 миллиардов рублей, которые предполагалось выделить на эти цели, очень быстро из двух с лишним миллиардов долларов превратились в чуть больше одного миллиарда долларов. Периодически они даже были меньше чем один миллиард. Соответственно, были большие проблемы, связанные с закупкой оборудования, с его монтажом и всем остальным. Но в начале февраля началась  поэтапная остановка этого никелевого завода, которая должна закончиться в октябре, и 27 июня, я не очень понимаю, почему об этом наше государство не протрубило на всех углах, я всё ждал фанфары, я всё ждал выступления, ну если не президента, то премьер-министра, который скажет: «Дорогие друзья, вот  у нас столько бед, столько проблем, но есть вещи, которые мы делаем хорошо, которые мы делаем правильно. Их, может, и не много, но они есть, вот, посмотрите. В Норильске 27 июня прекратил выплавку металла никелевый завод». Я не знаю, может быть, это не случайно, если кто в Норильске живёт или в тех краях, пожалуйста, отпишите. Я понимаю, что мне здесь уже пишут из Новосибирска, что закрывать надо не никелевый, а медный завод, теперь медь будут плавить на Надеждинском комбинате. Всё правильно. В Надеждинский комбинат 2 миллиарда долларов вложили на снижение выбросов. Понятно, что их нельзя обнулить полностью, эти выбросы, но их довели до минимума. Кто живёт в Норильске, кто сейчас в Норильске, если есть такие среди слушателей, пожалуйста,  напишите, сообщите SMS-кой, на сайт, позвоните, действительно ли стало легче дышать в Норильске, действительно ли это правда? Но тем не менее, поскольку наши официальные лица ничего не говорят. Всё ограничилось каким-то мелкими корпоративными пиарами, говорю я, дорогие друзья, это достижение, которое действительно очень серьёзно, которым наша страна должна гордиться, которое, как в советские времена, об этом должно начинаться сообщение в программе «Время» и не сходить с программы «Время» неделю. Мы обсуждаем всяких омбудсменов, которые не то ляпнули в эфире, мы обсуждаем нелепые события, какую-то мелкую политику. Но то, что действительно случилось, там 180 тысяч человек живёт в Норильске сейчас, и действительно существенное улучшение их жизни, которое сделано, причём усилиями не какого-то там мецената, а вот собрались совместно олигархи, нами нелюбимые, федеральная власть, нами нелюбимая, ну мной, по крайней мере, нелюбимая, краевая власть, которая старается, но не всё у нее получается, вот они собрались, 2 года они работали и они сделали. У нас не так много таких хороших примеров. А я же демократ. Поэтому я всегда склонен к тоталитарным методам, как демократ, поэтому я забыл сообщить телефон прямого эфира, чтобы вам звонить, пожалуйста: +74957373948, SMS: +79258888948. Давайте примем звоночек. Да, пожалуйста, вы в эфире, говорите.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Я вот хотел сказать просто. У меня знакомые, друзья нашей семьи, они только переехали с ‘Норильского никеля’ полторы недели назад, но они не считают, что там что-то улучшилось.

М. ДЕЛЯГИН: Полторы недели назад – это было до 27-го июня. Это всё-таки было до этого момента.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну  я не знаю, они были в курсе вот этих мероприятий по закрытию завода. Но они считают, что, несмотря на то, что что-то делается, там есть масса проблем вообще в городе, просто масса, помимо того, что экология плохая.

М. ДЕЛЯГИН: Нет, Норильск - это ужасное место для жизни. Начнём с того, что это…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, но они переехали в связи с рождением ребенка, они, конечно, там заработали денег, купили здесь квартиру в Москве.

М. ДЕЛЯГИН: Да. Спасибо большое. Я их понимаю, потому что я много людей знаю, у которых ребенок рождался, скажем, в Москве на Садовом кольце, и как потом этих детей приходилось лечить. Хотя у нас, конечно, по сравнению с Норильском, рай, в прямом смысле слова. И, безусловно, если 30% загрязнений прекратятся, то 70 % загрязнений всё равно останется, безусловно. Но, тем не менее, это улучшение имеет место быть. Теперь мы возвращаемся к традиционным нашим экономическим темам, и опять есть хорошие новости, правда, объяснить этих хорошие новости, дорогие друзья, я не могу, кроме абсолютной терпеливости и адаптивности русского народа  и тех представителей нашего народа, которые всё-таки занимаются бизнесом, индекс предпринимательской уверенности, который рассчитывается Росстатом, в июне месяце оказался резко лучше аналогичного периода прошлого года впервые за всё время кризиса. Впервые с января 2014-го. Я понимаю, почему добыча оказалась в большом плюсе, добывающая промышленность. Естественно, нефть потихонечку дорожает, все понимают, что она будет дорожать и дальше, пусть и непоследовательно и неравномерно, уже 27 долларов за баррель не будет, это замечательно, но в обрабатывающей промышленности тоже наблюдается улучшение настроений бизнеса. В той самой обработке, которая сейчас оказалась между молотом и наковальней. Потому что, с одной стороны, у населения нет спроса. У населения беда, денег нет, и народ всё больше начинает ощущать, что и не будет. Бизнес начинает под это перестраиваться. А с другой стороны, нет денег в бюджетах, где устроен искусственный кризис региональных бюджетов. И он только обостряется. И приходят растерянные налоговики, уже даже не озверевшие, а растерянные. И когда им говорят, что когда они цитируют архипелаг ГУЛАГ, гулаговскую поговорку: «Умри ты сегодня, а я завтра» - они в это не верят, потому что это реальность ряда региональных бюджетов, когда нужно добыть деньги сегодня, и совершенно не важно, что будет завтра. Потому что если кого-то щадить, если к кому-то относиться нормально, то завтра денег не будет и сегодня уже денег не будет для поддержания бюджетников. Но тем не менее, бизнес, который оказался вот между молотом и наковальней, он демонстрирует рост предпринимательской уверенности, причём ощутимый и заметный. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Я аплодирую российскому бизнесу, что со мной редко случается. Но, возвращаясь к кризису региональных бюджетов, у нас здесь наш доблестный Минфин, от отчаяния все самые страшные вещи делаются не по зверству, а по неумелости и от беспомощности, вот наш Минфин кардинальным образом меняет  политику в отношении региональных бюджетов. В 2014 году, с началом кризиса, государство взяло курс на замену дорогих коммерческих кредитов, когда коммерческие банки кредитовали региональные бюджеты, доведённые федеральным центром до кризиса, стали замещать их бюджетными кредитами, дешёвыми кредитами, практически бесплатными, которые ещё можно договориться и списать в случае чрезвычайных обстоятельств.  И вот в 2014 году таких кредитов региональным бюджетам было выделено 230 миллиардов рублей, в 2015 и  2016 – по  310 миллиардов рублей. Ну а сейчас, как известно, «денег нет, но вы держитесь», как сказал лидер «Единой России» и то, что федеральный бюджет захлёбывается от денег, то, что на 1 июня у него этих денег – 7,9 триллиона рублей валяется без движения, никого не волнует, начальство сказало «Денег нет» – значит, нет. И с 2017 года региональные бюджеты опять могут лишить бюджетного кредитования. Проговаривается официально курс на то, и он декларируется уже, чтобы региональные бюджеты больше возвращали кредитов в бюджет федеральный, чем из него берут. А соответственно, все текущие нужды должны удовлетворяться за счёт займов коммерческих банков, за счёт займов дорогих, относительно небольших,  и, в общем-то, связанных с достаточно серьёзными, может быть, побочными условиями.

Я напомню, что в 10-е годы, до начала кризиса, Минфин специально, на мой взгляд, загонял региональные бюджеты в кредитную кабалу в коммерческим банкам, в основном, естественно, к государственным. Это, с одной стороны, было такое. На мой взгляд, лоббирование их интересов, а официально это провозглашалось как развитие рыночных отношений. Ну и политика высасывания, выдавливания региональных бюджетов тем самым прикрывалась. Сейчас ситуация очень скверная, очень тяжёлая, и она ещё усугубляется вот этим самым поворотом федерального бюджета. При этом дефицит федерального бюджета снижается. Он был максимально в марте месяце совершенно пугающий, больше 8 %, в мае он неуклонно снижался, он снизился, составил чуть больше 5%, в ине. По оперативным данным, дефицит федерального бюджета всего-навсего 4,3 % ВВП, да, конечно, это больше 3%, которые намечены на год, но всё это арифметическая эквилибристика. Потому что при тех запасах, которые у нас есть – всё в порядке, можно всё сделать. Ну, как обычно, наш Минфин продолжает достаточно серьёзно чудить, и Силуанов (министр финансов) сделал потрясающее заявление о том, что у нас теперь накопительные пенсии будут сугубо добровольными, вот это потрясающий, чуть не сказал, финт ушами, потрясающий оборот. Потому что, вероятно, господин правда не знает, что у нас есть такой инструмент, как банковские депозиты. Если кто-то из нас имеет возможность откладывать деньги на старость, то ему не нужно делать для этого специальные финансовые инструменты, о которых он, собственно, ведёт речь, мы можем всё это сделать добровольно, сами, при помощи тех банков, которые есть. Есть достаточно надёжные банки. Да, проценты низкие, но они всё равно выше, чем то, что нам предоставляет пенсионный фонд. Отказ от накопительной пенсии, перевод её в добровольный режим, это, по сути дела, ликвидация пенсионной реформы, которая над нами осуществляется уже долгие годы, это возвращение к советской распределительной системе, когда вся пенсия распределительная.  Более того, к ней уже вернулись в 2014 году в ходе так называемой валоризации, когда мы получаем пенсионные гарантии не в рублях, а в баллах, и рублевое наполнение этих баллов зависит от текущего состояния федерального бюджета. То есть каждое сегодняшнее поколение платит пенсию   предшествующему поколению. Практика показывает, что это самый экономный и самый рациональный способ выплаты пенсий, как ни парадоксально. Вот эти фантазии 90-х,  либеральные, о том, что нужно создать пенсионные фонды, чтобы каждый сам для себя обеспечивал пенсию при помощи операций на фондовом рынке, это оказалось всего лишь прикрытием спекулятивных операций фондовых игроков. Выяснилось, что фондовые рынки неизбежно падают периодически, что неуклонного роста фондового рынка не бывает, соответственно, люди свои пенсионные сбережения почти неизбежно теряют, а самое главное, что административные расходы всех этих профессиональных игроков неоправданно высоки. С другой стороны, имеет место рост производительности труда и если экономика устроена рационально, то, несмотря на то, что каждое текущее поколение имеет меньше работников, чем предыдущее, в развитых странах. Тем не менее, оно спокойно может содержать тех, кто работал до него, может содержать своих стариков. Но у нас ситуация усугублена тем, что возврат к распределительной пенсионной системе фактически советского образца, усугубляется наличием безумных надстроек, типа Пенсионного фонда, типа огромного количества чатсных пенсионных фондов, управляющих компаний и так далее, то есть у нас совмещение недостатков рыночной пенсионной системы, и не в полной мере, у нас использование достоинств распределительной пенсионной системы. то есть опять у нас склеился какой-то чудовищный гибрид, с которым нужно что-то делать, потому что в нынешнем виде он неработоспособен. И мы проводили это голосование, и у нас обычный был результат с тоталитарной демократией, когда ничтожное большинство, 93 или 97 %, я уж не помню, выступило за то, что чиновники и депутаты должны иметь ту же самую пенсионную систему, что и самые обычные граждане. Потому что иначе люди, которые определяют будущее нашей пенсионной системы, они не считают, что эта пенсионная система как-то связана с ними, и они, по факту, возникает такое ощущение. Относятся к большинству граждан нашей страны как просто к подопытным кроликам. Спасибо.

Мы продолжаем, уважаемые коллеги. Я напоминаю про голосование. Значит, те, кто считает, что мы не должны платить за блага, необходимые для жизни, пожалуйста, звоните: +7-495-134-21-35. Те, кто считает, что люди должны платить за блага, необходимые для жизни, а если нет денег, то это их проблемы: 7-495-134-12-36. Те, кто считает, что мы не должны платить за необходимые для жизни лага, последние цифры 35, те, кто считает, что должны платить, последняя цифра -36. Голосование продолжается. И естественно, звоните, телефон +7-495-73-73-948, СМС +7-925-8888-948. Ну и вот ваше сообщение, Никифор пишет: «Pussy Riot, Надя Толокно из Норильска». Ну, я бы не стал судить о целом городе по одному человеку, я знаю много нормальных и хороших, прекрасных людей из Норильска. Но, конечно, сравнить динамику психических заболеваний в Норильске с другими городами России, думаю, что это было бы полезно и правильно. Другое дело, что там много разных факторов, включая не только загрязнение окружающей среды, но и полярную ночь, которая на нервы действует весьма сильно. «Что про Шувалова? Он правильно вложился в квартиры в 2014-м или промахнулся? Ведь цены на недвижимость потом здорово упали». Ну, вы знаете, я, честно говоря, не знаю, в какие квартиры он вкладывался, но с такой гениальной бизнес-леди, как его жена, он может чувствовать себя как у Христа за пазухой. Я думаю, что у первого вице-премьера правительства, лидера «Единой России», Медведева всё будет всегда очень хорошо. «Кто оплачивает государства реконструкцию, а почему не приватизаторы Потанин и Прохоров?» Ну там уже не Прохоров, там уже Потанин и Дерипаска и чуть-чуть Усманова, но я думаю, что в итоге, по крайней мере, по сообщениям, финансовые расходы были распределены и олигархи тоже за это платили. «Если количество пенсионеров превышает количество работающих в наших условиях, то как жить?» Еще раз, все зависит от производительности труда. Если производительность труда высокая, то один мужик, как у Салтыкова-Щедрина, может прокормить не только трех генералов, но и двух пенсионеров и одного генерала – ничего страшного. Всё зависит от уровня организации и развития производительных сил. Если же мы будем палками-копалками землю ковырять, как мы вернулись в натуральное хозяйство в значительной степени в нашей стране уже, то тогда никого не прокормят, а сами себя люди прокормить не могут при такой организации труда. «Грозит ли некоторым будущим пенсионерам России смерть от голода?! Вы знаете, некоторым пенсионерам она грозит уже сейчас, потому что прожиточный минимум, который у нас рассчитывается официальный, пенсия не может быть ниже прожиточного минимума, это выдающееся достижение и нашего государства, и нашего общества, и нашей демократии, только пенсионерам гарантировано право на жизнь, хотя бы формально. Но этот прожиточный минимум недостаточен для того чтобы люди могли жить. «Какова доля детей мигрантов в повышении рождаемости?» Думаю, большая. Но у нас политкорректно.. не существует такой статистики. «Платить приходится за всё – так было и в Советском Союзе, но тогда это было опосредованно через общественные фонды потребления». Так вот, уважаемый коллега Бах, платили не люди, платили предприятия. Общественные фонды потребления – это действительно была примерно половина всего потребления в нашей стране, но туда забирали прибыль предприятия, частью - в бюджет, частью – в общественные фонды потребления. И дальше они действительно, это было то, что люди заработали, но то, что им на руки не выдавалось, это была очень опосредованная оплата, но  из Общественных фондов потребления. При всех злоупотреблениях, которые тогда имели место. Получали не те люди, которые хотят, а те, которые действительно в чем-то нуждались. Вот у вас зубы болят – вы получаете бесплатную медицинскую помощь. Если хотите – пожалуйста, идите к частному врачу. Они были, можно было найти, по крайней мере, в крупных городах. Но если вы просто обычный человек, вы получаете бесплатную медицинскую помощь, вы ругаетесь, что очереди, вы ругаетесь, что не очень хорошее качество, хотя у меня знакомому в студенческой общаге МГУ первую пломбу поставили в 20 лет и он до сих пор говорит, что это было самое лучшее лечение, которое у него было когда-либо в жизни, хотя он очень богатый человек, и потом он лечил свои зубы только и высокопрофессиональных стоматологов. Если у человека не болят зубы, то он не получает этих денег, эти деньги выдаются под потребности. Естественно, это стимулировало иждивенчество. Это большая проблема, практическая проблема, как бороться с иждивенчеством, как его не допустить, потому что Советский Союз умер, в том числе, потому, что если вы могли физически дойти до кассы, то свои 90 рублей вы получали. И отсутствие необходимости по-честному трудиться, породило, с одной стороны, алкоголизм, это еще Берия говорил, что нам нужно снизить рабочий день до 4-х часов в сутки, но если четырехчасовой рабочий день. тогда чем занять человека  в остальное время? Поскольку занять его самосовершенствованием, духовным ростом не удалось, это слишком сложная задача для того примитивного госуправления, которое у нас было тогда, и тем более для такого примитивного, как у нас есть сейчас, люди начали спиваться от безделья. А с другой стороны, у нас выросла огромная категория так называемой интеллигенции, даже в технических сферах она была, которая считала, что им все должны, а они не должны никому и ничего. И вот эти самые предельно инфантильные и агрессивные одновременно с этим люди, они, в общем-то, разрушили страну и разрушили свою собственную жизнь, в  первую очередь.

И раз уж мы затронули вопрос о жизни, вопрос о том, сколько чего рождается, вот последние данные. У нас врачи считают, многие врачи, с которыми мне приходилось общаться, что у нас разными способами занижается реальная детская смертность. У нас действительно, по официальной статистике, очень низкая детская смертность, и она продолжает снижаться, это восхитительно и замечательно, но врачи считают, что она занижается, и это ужасно. И мы, на самом деле, продолжаем вымирать, вопреки всем торжественным рапортам. За первые 5 месяцев этого года естественная убыль населения составила чуть меньше 42 тысяч человек. Превышение смертности над рождаемостью. Да, год назад было 66 тысяч, так что имеет место снижение, но на это накладывается, с одной стороны, изменение демографической ситуации, то  есть демографическая волна, раньше нас накрывали демографические волны от войны. А сейчас нас накрывает демографическая волна от либеральных реформ, когда в 90-е годы дети просто не рождались, сейчас вот это поколение с очень маленькой численностью входит в жизнь.  У нас на 17 % в этом году упало число барков. А разводов – выросло на 2,5 %. В результате, если раньше число регистрируемых браков превышало число разводов на 36%, то сейчас превышение только на 12, в общем-то, символическое. И в результате падения уровня жизни и последовательное уничтожение здравоохранения в рамках либеральных реформ. В результате деятельности «Единой России», а она непосредственный инструмент этого уничтожения, потому что они все законы штампуют, у нас происходит страшная вещь - у нас падают продажи лекарств. В физическом объёме, по одним данным, на 10 %, по другим -  на 14 %. Падение продаж лекарств в этом году. С одной стороны, люди покупают меньше лекарств не потому, что они меньше болеют, а потому что у них нет денег, они экономят на своем здоровье, с другой стороны, они всё больше покупают дешевые лекарства, которые обычно хуже по своему воздействию, и об этом уже аккуратненько говорит министр здравоохранения, что падение уровня жизни, экономия на здоровье будет вести к росту смертности. На самом деле, рост смертности мы уже имеем. Это очень скверная тенденция, на которую никак не хочет реагировать российское государство. Так что в Норильске должно быть сейчас снижение смертности и улучшение не только экологической, но и демографической ситуации. Во всех остальных сферах будет, к сожалению, как обычно. Давайте примем звоночек один. Да, пожалуйста, говорите. Вы в эфире, я вас слушаю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Михаил.

М. ДЕРЯГИН: Да, добрый день.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня такой вопрос. вот вы в своих выступлениях затрагиваете множество проблем. Ну а вот в каком виде вы видите решение этих проблем. Вот по последним, скажем, по смертности, по демографии? Что вы должны увидеть, чтобы вы сказали, что это решение? Это что должно быть, какие-то изменения в законодательстве, это диаграмма процессов, административные регламенты новые? Формат, так сказать, решений, определите, пожалуйста.

М. ДЕРЯГИН: Понятно. Есть цель. Цель должна быть следующая. Врач должен ощущать своим долгом и вся административная вертикаль должна его на  это ориентировать, что его задача – не зарабатывать деньги, а излечивать больного. Не лечить, не залечивать. А излечивать. Должен вернуться в нормальное состояние функционал. Какой конкретно административный регламент для этого нужно принять - я думаю, вам расскажет любой главный врач, я просто не могу это чётко сформулировать. Но то, что понятно мне, как экономисту, то, что очевидно мне, как экономисту, в этой сфере, во-первых, необходимо дотирование лекарств, необходимо вернуться к натуральным льготам при распределении лекарств, подчёркиваю, для бедных людей. Система квот работает не очень хорошо. Она некоторое время вообще почти не работала, сейчас её все-таки завели титаническим усилием, но она работает всё равно нехорошо и она касается только отдельных направлений. В целом, бедный человек должен иметь возможность получать лекарство социальное по выписке врача. Дальше необходимо восстановить обеспеченность населения услугами здравоохранения. У нас прошло массовое закрытие фельдшерско-акушерских пунктов, не говоря уже о больницах и у нас больше 10 тысяч населённых пунктов вообще без врачей. И есть такие места, куда рожать ехать несколько часов. И даже во Владимирской области женщины опять, как при царе, рожают в поле. Потому что они не успевают доехать до акушерского пункта. Это реалии сегодняшнего дня, это третье тысячелетие. Это 21 век, мы вроде бы все еще летаем в космос, а женщины опять рожают в поле под стогом сена или в канаве и никто не бьет по этому поводу тревогу. Никто не считает это катастрофой. Я не могу разделить мнение медиков о том, что нужно просто увеличить финансирование здравоохранения и всё будет хорошо. Если просто увеличить финансирование здравоохранения сегодня, то это приведет, в первую очередь, к росту воровства. А потом уже всё остальное. Но, тем не менее, увеличивать финансирование здравоохранения необходимо, это должно быть совмещено с нормализацией и госзакупок в этой сфере и нормализацией критериев успешности государственной политики. И к возврату профессионалов на позиции людей, которые принимают решения. Это принципиально важная вещь. Давайте ещё один звоночек примем. Пожалуйста, говорите. Вы в эфире. Да.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, здравствуйте, Михаил. Беспокоит Михаил, Москва. С удовольствием вашу передачу слушаю и нет повода не доверять вашим словам полностью, но вот Вы сами оговорились. Вопрос – просто ремарка, уточнение небольшое. Вы сказали, что сознательно занижается детская смертность у нас в стране, по данным остальных…

М. ДЕРЯГИН: Ну, по мнению некоторых врачей.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: … да, и так далее. Насколько можно доверять вот всем этим данным Росстата и всем остальным? Насколько все эти цифры правдивы?

М. ДЕРЯГИН: Понятно. Спасибо большое. Я могу говорить  про экономику, но это общее правило: как только вы какой-то показатель делаете базовым, фундаментальным, начинаете поощрять или наказывать, исходя из него, немедленно качество, расчет этого показателя падает, потому что начинают его фальсифицировать вольно или невольно, то же самое касается детской смертности. На самом деле это интегральные показатели качества жизни. Естественно, как только государство начало обращать на него приоритетное внимание, сразу качество поехало. В статистике нашей государственной – хорошая, надежная статистика Банка России, платёжный баланс. Особенно с уточнением не просто объема вывода капиталов, а с уточнением, с поправками на деятельность Банка России. А у нас нормальная абсолютно стопроцентная статистика исполнения федерального бюджета. Там всё по-бухгалтерски точно. Инфляцию официальную нужно, на мой взгляд, просто умножать на два. Если инфляция высокая, а не низкая, как сейчас, то до двух с половиной раз. В части расчета экономических показателей у нас  правильная динамика. У нас могут быть довольно большие погрешности из-за занижения инфляции, занижения роста цен и просто некачественного расчёта. Там достаточно всё плохо считается. Но динамика правильная. Если у нас экономический рост снизился с 3% до 1%, то это может быть увеличение спада, уменьшение роста. Но это не сокращение спада и не ускорение роста и так далее. Динамические показатели у нас нормальные, можно об этом судить. Спасибо большое. Ещё одна страшная вещь, про которую  я хочу успеть сказать. Я довольно много сейчас езжу по России, причём, я езжу по самым разным регионам. И вот получилось так, что я наблюдал наверно самые разные регионы нашей страны, стык одновременно. Это Центральный черноземный район России, это Липецк, Орёл, где, в общем-то, достаточно традиционно патриархальная жизнь с соблюдением правил, традиций. С уважением к руководству, и одновременно Красноярский край, который – территория свободы исторически всегда. Люди в Сибири очень внутренне свободны.  И это особенность наших микрокультур региональных. И поэтому я могу говорить, что то, что наблюдается и там и там, наблюдается по всей стране. Вот к моему глубочайшему сожалению, везде над людьми опустился стеклянный потолок. Люди бьются, пытаются что-то сделать, но они не могут подняться выше определённого уровня. Причем у каждого этот уровень сой. У студента этот уровень один, у человека, который является специалистом, этот уровень другой, у небольшого предпринимателя уровень третий, у чиновника уровень четвертый, у успешного бизнесмена тоже свой потолок, и вот вся страна уперлась в потолок возможностей и не может подняться выше. У каждого этот потолок свой, на разных уровнях. Но мы упёрлись в некоторый потолок и дальнейшее развитие, прогресс, дальнейший рост социального статуса в массовом порядке оказывается невозможен и люди это осознают. Это самое страшное – следствие отказы правительства, лидера «Единой России» Медведева от развития, когда «деньги есть, но вы держитесь», тем не менее, мы развитием заниматься не будем, мы будем срезать инвестиции  и так далее. Есть исключения, тот же  самый Норильск это подтверждает, это классический пример исключения, почему я с него и начал что это исключение из всей нашей реальности. Но, тем не менее, мы уперлись в потолок. Вот это  ощущение, что дальше некуда идти. Дальше невозможно расти над собой, это ощущение давит всю страну сейчас. И я не хочу завидовать богатым людям, потому что богатые люди.. это студент может верить в то. что над ним потолок стеклянный, что он сейчас немножко побьется, хвостиком помашет. И как вот форель разбивает лёд у поэтов, он этот потолок пробьет. И дальше у него всё будет хорошо. А бизнесмен, опытный, тёртый жизнью. Он понимает всё, он на этот потолок смотрит и видит, что этот потолок не стеклянный, что это потолок бетонный, и он его головой не прошибет. Вот задача нашего общества, задача нашего государства в том, чтобы опять запустить процесс развития, чтобы у нас начался прогресс и технологический, и социальный снова, чтобы государство начало исполнять свои обязанности, как организатора развития. И тогда этот потолок даже не будет пробит. Он растает, как морок, и через пять лет мы не будем верить, что мы ощущали себя в безысходности. Мы забудем про это чувство, оно будет казаться нам странным и чужеродным, но для этого нужно изменить государство, к сожалению. Изменять государство можно по-разному. По-хорошему можно менять государство на выборах. Экономическая ситуация у нас здорово ухудшается. скажем,  последние данные Банка России. Хорошая статистика. У нас положительное сальдо текущих операций платежного баланса за первые 5 месяцев года сократилось, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, в два с половиной раза: январь – май 2015 года было 44 миллиарда, сейчас менее 18 миллиардов долларов. При этом экспорт продолжает снижаться, потому что есть некоторая инерция цен на энергоносители, цены на газ начнут повышаться только с третьего квартала, ну и идет восстановление импорта, потому  что импортозамещение в ситуации, когда государство игнорирует свои обязанности. Провалилось. А это значит, что перед нами стоит реальная опасность, что после выборов у нас будет девальвация и новая дезорганизация экономики и всей нашей жизни. Это меня лично очень пугает и напрягает. Давайте примем еще один звоночек. Пожалуйста, вы в эфире, говорите.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Михаил. Скажите, пожалуйста, почему у нас в Пенсионном фонде денег нет? У нас срок дожития рассчитывается – 21 год и берут оттуда отчисления. Это первое. И второе. Почему у нас действует два пенсионных закона. Один – для госслужащих и прочих, другой – для трудовой пенсии?

М. ДЕРЯГИН: Всё понял, спасибо большое. Для госслужащих и прочих, потому что люди построили такую чудовищную пенсионную систему, что им после этого стало себя жалко, и они из этой пенсионной системы себя любимых вывели, вот и всё. И они считают, что они должны иметь привилегии, как когда-то в Советском Союзе имелись привилегии, только на привилегии, которые были в Советском Союзе, тогда все восставали, но сейчас они кажутся детским лепетом. Посмотрите фильмы 89-го года, которые показывают, как разлагалась тогдашняя партхозноменклатура. Эти двухэтажные дачные курятники, эта убогая полированная мебель на фоне нынешних версалей, просто сравните с фотографиями скромных домиков каких-нибудь господ Шуваловых и прочих. Так что никакого человеческого оправдания раздвоения пенсионной системы нет. Это мерзость, и с моей точки зрения, это хамство. Даже не барское, а вот  из грязи в князи. И люди, которые производят впечатление быдла, вот они такое и делают. Я хочу сказать очень просто. Пожалуйста, голосуйте за кого угодно, но голосуйте за тех, кто будет требовать отмены этой чудовищной системы, отмены чудовищных льгот, которые имеют наши чиновники и депутаты, в том числе, и в пенсионной форме. Причем нормальные люди из депутатов с зарплатой в 300 тысяч рублей сами не пользуются, они значительную часть этих денег отдают, кто на партийные нужды, кто помощникам, кто просто на благотворительность. Но есть, что называется, и другие. Денег в пенсионном фонде нет. Потому что у нас чудовищно устроена система сбора денег с населения. Обязательный взнос. У нас, чем вы беднее, тем больше вы платите. Поэтому, если у вас зарплаты ниже прожиточного минимума, вы за нее корячитесь 8 часов каждый лень, то у вас забирают с фонда оплат труда более  9%. Да, 13% забирают в явной  форме. Но до того как забрать эти 13% якобы нормально  у вашего работодателя из вашего фонда оплаты труда забирают 30%. Из них – 22 в Пенсионный фонд. Понятно, что если вы – бедный человек и даже если у вас средний уровень доходов. В наше время вы физически не можете платить такие налоги. Для вас запретительно дорого, запретительно высоко это. Поэтому вы убегаете в тень. И собираемость этих обязательных социальных взносов падает, поэтому в пенсионном фонде денег нет. А богатые люди, с которых собирать деньги - одно удовольствие, у нас же среди либеральных реформаторов не очень богатых людей нет, они все очень богатые, вот эти люди для себя сделали систему – налоговый рай, по сути дела: чем человек богаче, тем он меньше платит. И для этого придумана не только налоговая система, придумано много способов избежать этой налоговой системы, вплоть до индивидуальных предприятий, которые платят 6%. Вплоть до возможности оперировать на рынке ценных бумаг и почти ничего не платить вообще. Вот эта правящая тусовка либеральных реформаторов сделана для себя. Мне люди из «Единой России» не только в частных разговорах, а под камеру говорили: «Ну, конечно же, это справедливо, когда, чем человек беднее, тем он больше платит». Вот это их понимание справедливости, которое, с моей точки зрения, нужно изменить на нормальное.

И теперь, дорогие друзья. Итоги голосования.  93% - жалкое, ничтожное меньшинство, которое не влияет на сегодняшнюю российскую политику, подозреваю. Потому что не ходит голосовать или голосует за «Единую  Россию», по инерции, 93% считает, что мы с вами не должны платить за жизненные блага. Понятно, что если я богатый человек, если я могу заплатить, то с меня деньги не сожрать – это грех, но если у меня денег не много, то я не должен платить за жизненные блага, я не  должен платить за воду точно также и по той же причине, по которой я не плачу за воздух. Ну и 7 % считают, что нынешняя система правильная, мы должны платить за всё,  в том числе, за своё существование. Если по каким-то причинам у человека денег нет, ну, значит, тем хуже для этого человека, путь живет под забором или даже пусть умирает. Я так расшифровываю позицию абсолютного большинства, которое целиком и полностью определяет всю нашу социально-экономическую политику. Напомню, это большинство – 7%. На этом я заканчиваю, увидимся в следующий четверг, я очень рад возможности поговорить с вами и прочитать то, что вы написали мне в СМС-сообщениях и на сайте. Спасибо.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015