На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000





Главная   >  Позиция

Проводить приватизацию ради денег - это ложь, потому что деньги есть, и их больше, чем можно себе вообразить

2016.02.03 , Говорит Москва , просмотров 1629

М. ДЕЛЯГИН: Здравствуйте, уважаемые коллеги. Меня зовут Михаил Делягин. Я экономист. И сегодня мы с вами обсудим самое насущное – два совещания, которые пройдут в правительстве на этой неделе, одно из которых, возможно, уже идёт прямо сейчас, по антикризисным мерам. Но поскольку мне по-прежнему продолжают пенять на то, что я недостаточно внимания уделяю общению с вами, я же истинный демократ, я исхожу из того, что есть только два мнения: одно моё, и другое тоже моё. Поэтому мы сегодня начнём с опроса. Одна из тем, которую мы обсудим, будет приватизация. Государство всерьёз намерено резко форсировать приватизацию. В бюджет заложено получение от приватизации 33 млрд рублей в этом году. Но за два года предполагается получить 1 трлн рублей. То есть эти планы будут радикальным образом пересмотрены. Те, кто считает, что России нужна форсированная, масштабная приватизация на 1 трлн рублей за два года, пожалуйста, звоните по телефону +74951342135. Те, кто считает, что России не нужна приватизация в таких масштабах и прямо сейчас, пожалуйста, звоните +74951342136.

И, разумеется, мы продолжаем принимать ваши телефонные звонки. Телефон +74957373948. Легко запомнить, это частота, на которой вы нас слушаете. И принимать ваши СМС-сообщения: +79258888948. Разумеется, принимаются сообщения и с сайта, и по ленте Twitter’а. Подозреваю, что есть где-то ещё экран для принятия телепатических сообщений, но я пока его ещё не освоил. Так что с этим мы пока воздержимся.

Сегодня в правительстве у Медведева должно пройти заседание, совещание, на котором будет рассматриваться антикризисный план правительства на 2016 год. Здесь прекрасно всё: здесь прекрасно то, что антикризисный план собираются рассматривать на год по истечении первого месяца этого года. Казалось бы, уже прошёл месяц, уже прошла 1/12 часть года, но они ещё только собираются рассматривать, притом, что если они его примут, то всё равно пройдёт время на то, чтобы принять необходимые подзаконные акты, соответствующие приказы министерства, соответствующие инструкции, довести их до исполнителей. То есть раньше 1 марта начала полномасштабного выполнения этого плана ожидать не приходится. И, как и прошлые антикризисные планы правительства, они прелестны тем, что это не план и не антикризисный. Это набор разрозненных мер, которые способны что-то улучшить, они могут что-то поддержать. Но они в лучшем случае контрциклические, то есть противодействуют негативному периоду экономического цикла, притом, что у нас структуры значительно более глубокие, и неспособность этого плана, этих действий переломить ситуацию очевидна даже их разработчику.

Но необходимо соблюдать политкорректность, потому что, с одной стороны, нельзя принимать слишком масштабных мер, чтобы никого не напугать. С другой стороны, меры не должны разрушать общую либеральную парадигму, по которой государство должно служить глобальному бизнесу. То есть нельзя ущемлять интересы глобальных спекулянтов. Российских на худой конец можно. Но глобальных нельзя ни в коем случае. Наконец есть соображения политкорректности. Нельзя без крайней необходимости признаваться в собственных ошибках. Господин Улюкаев уже сделал потрясшее многих заявление. Он порадовал, что, оказывается, у нас негативные явления нарастают только до середины прошлого года. А после середины прошлого года, то есть с лета, ситуация стала улучшаться. Я не знаю, кто ещё это почувствовал в стране, кроме господина Улюкаева, но статистически этот эффект понятен, называется эффект базы. Для избежания проблем с сезонностью, потому что разные экономические тенденции в разные месяцы идут по-разному, всегда любой показатель сравнивают с аналогичным периодом прошлого года, с аналогичным месяцем прошлого года, с аналогичным кварталом прошлого года. Соответственно, если прошлый год равномерен, то это работает хорошо. Но если прошлый год, который используется в качестве базы для сравнения, был неравномерным, то возникают статистические погрешности. 2014 год, с которым мы сравниваем 2015 год, был именно таковым. В первую половину году у нас не было серьёзных негативных последствий. У нас и нефть была дорогая, и санкция не было, и хотя кризис начался в январе 2014 года, он удерживался в относительных рамках, он удерживался на финансовых рынках. Во второй половине года кризис пришёл уже и в реальный сектор. А 2015 год был весь кризисный. Поэтому в первую половину 2015 года мы сравниваем кризисное время с докризисным временем, получаем кошмарные результаты. А во вторую половину 2015 года мы сравниваем кризисное время с кризисным. Результаты, естественно, получше, но говорить на этом основании, что мы начинаем изживать кризис, для этого нужно быть поэтом Улюкаевым, которого уже назвали водолазом за регулярные публичные поиски дна кризиса. Но для этого нужно не быть экономистом. Правда, Улюкаев был помощником Гайдара по экономике. Так что с него взятки гладки. Профессионализма от него никто, кроме придворных льстецов, не ждёт.

Надо сказать, что антикризисный план довольно существенно сократился. В 2015 году антикризисные меры предусматривали расходование 2.5 трлн рублей. Конечно же, не все эти деньги удалось использовать. Но из них 1 трлн предполагалось направить на прямую декапитализацию банков. А если посмотреть на косвенную поддержку банков, скажем, при помощи субсидирования процентных ставок, то, в общем, на помощь банкам была направлена более половины этих денег. Банкам это помогло не очень сильно. Но всё-таки банковскую систему удалось сохранить. Когда мы говорим о том, что много банков погибло, много банков ликвидировано, это нормальные процессы санации. Безусловно, можно много обсуждать, по каким критерия банки выбирают для ликвидации. Безусловно, многие банки, которые ликвидируются, они правильно и неспекулятивно поддерживали и кредитовали реальный сектор, и за счёт именно этого приняли на себя слишком большие риски. А многие банки, которые занимаются в лучшем случае спекуляциями, сохранены. Но в целом идея санации банковского сектора правильная.

В прошлом году прибыль банков упала в 3 раза – до 192 млрд рублей. И при этом ещё Россельхозбанк, Связьбанк и некоторые другие банки, в том числе Банк Москвы оказались убыточными. Но для периода кризисов это нормальное объективное явление. Поэтому правильная вещь, которую можно сказать про нынешние антикризисные меры – это то, что банки больше напрямую ничего не получат. Банки являются финансовыми посредниками. Пусть они ведут себя как финансовые посредники. Они не являются становым хребтом экономики. И жирок банковская система нагуляла более чем достаточный. Поэтому это то направление, которое можно поддержать в этих разрозненных антикризисных мерах. Первоначально предполагалось направить на поддержку экономики порядка 750 млрд рублей. Но срезали до 731 млрд с 97 пунктов до 86. Тоже ничего страшного в этом нет. Вопрос – какие пункты, как используются деньги. Из антикризисного фонда правительства предполагалось использовать 200 млрд, сократили до 159 млрд. Тоже ничего страшного.

Куда направляются деньги? Самое главное направление использования денег – это бюджетные кредиты регионам – 310 млрд рублей. С одной стороны, понятно, что правительство Медведева довело регионы Российской Федерации до состояния по сути дела коллективного банкротства. Ситуация ужасающая. Помимо ликвидации социальной сферы, которая идёт во многих регионах, это уже не урезание, это уже ликвидация. Многие регионы отброшены в Средневековье. В Центральной России в некоторых местах, чтобы родить, едут 90 км. Чтобы похоронить – едут несколько десятков километров. Школы уничтожаются. Про здравоохранение – ликвидируются даже акушерско-фельдшерские пункты. Речь уже не идёт о нормальной врачебной помощи. То есть Россию возвращают в средние века по сути дела.

При этом есть регионы, в которых деньги на зарплату бюджетников есть только на 8 месяцев. Скажем, из Астраханской области приходят такие сигналы. Есть регионы, где бюджет принят только на 9 месяцев, как про Ивановскую область сообщают. То есть 9 месяцев, а дальше денег нет до такой степени, что региональные власти даже об этом не задумываются. Они просто говорят, что как мы будем жить через 9 месяцев, мы не знаем, но пока 9 месяцев как-нибудь продержимся.

Забайкальский край принял бюджет на 8 месяцев. То есть до выборов по сути дела. Выборы в сентябре проведут в Государственную Думу – а дальше как повезёт. А дальше жизнь на этом может и закончиться. В условиях такого бюджетного кризиса поддержка регионам абсолютно необходима. Другое дело, что 310 млрд рублей – это не тот глоток керосина, который по Булгакову способен спасти израненного кота. Потому что даже по официальным оценкам совокупный дефицит региональных бюджетов составит 412 млрд рублей. Обращаю внимание, это 412 млрд рублей после того, как федеральный бюджет уже раздаст все плановые субсидии, дотации, трансферты и так далее, то есть это абсолютная нехватка денег.

Если в начале 2010-х годов региональные бюджеты загонялись в банковское кредитование таким образом, это была скрытая форма лоббирования интересов… насколько я могу судить. То сейчас уже все понимают, что задыхающийся от нехватки средств депрессивный регион не является хорошим заёмщиком, и банки его кредитовать не рвутся. То есть это объём помощи недостаточный. А самое главное, что это объём помощи в виде кредита. То есть кредит бюджетный потом можно будет списать, конечно. Это кредит под относительно низкие проценты, но всё равно это кредит. Зачем регионы сначала загоняют в катастрофическое бюджетное положение, а потом начинают кредитовать, прекрасно понимая, что регионы не расплатятся, наверное, вопрос «зачем?» здесь не подходит, здесь нужно задавать вопрос «почему?».

И самое главное – никто не пытается исправить первопричину бюджетной катастрофы в регионах, когда все средства искусственно втащены в федеральный бюджет, который от денег буквально захлёбывается. На 1 января неиспользуемые остатки средств на счетах федерального бюджета – 9,2 трлн рублей. Это не просто плюшкинская жадность. Это политика. Я понимаю, что, конечно, сначала всех губернаторов нагибали при помощи централизации финансовых ресурсов. И особенно нагибали в то время, когда стали возвращать выборы губернаторов, чтобы они не слишком много думали про своих избирателей, про волю народу. Это понятно. Потом ударил кризис, который был ожидаем для всех, кроме правительства Медведева. Но для правительства Медведева он был неожиданным. И поэтому никто не успел отреагировать. Но сейчас уже третий год живём в условиях не кризисных, а близких к катастрофическим, приближающихся к катастрофическим. За два с лишним года можно было отреагировать, понять, что пережали, и смягчить межбюджетные отношения. Нет, этого не происходит.

Второе по масштабности средств направление финансовой поддержки – это автопром. Планировалось 140 млрд рублей, дадут 88.6 млрд рублей.  С одной стороны, конечно, это хорошо, автопром надо поддерживать. С другой стороны, может быть, на «АвтоВАЗе» что-то сделать. Потому что  практика показала, что передача предприятия иностранным инвесторам, при этом с колоссальным подарком. Потому что в «АвтоВАЗ» вкачали огромные бюджетные деньги, а потом передали «Renault» за значительно меньшие деньги, чем те, которые только что были из бюджета в «АвтоВАЗ» вкачаны. Это был в чистом виде подарок приватизаторам. И видно, что они не справляются. Может быть, всё-таки, помимо механического сокращения, может быть, начать что-то с производством делать, как-то совершенствовать производство? Потому что понятно, что заливание данной проблемы деньгами эту проблему не решает. Когда говорят, что автопром в плохом состоянии, его надо поддержать, действительно в прошлом году продано только 1.6 млн машин. Сокращение продаж составило 35.7%. А чего вы ещё ждали в условиях кризиса? Здесь нужно всё-таки перестраивать отрасль, нужно реструктурировать, нужно сокращать импорт, и за счёт этого обеспечивать сохранение сбыта для производств, пусть даже для сугубо сборочных производств. Такого рода манёвры даже не обсуждаются. 

Хорошей новостью является межбюджетный трансферт регионам на комплексное освоение территории в рамках программы «Жильё». 20 млрд рублей собираются выделить. Смысл в том, что государство берёт на себя строительство инфраструктуры там, где частные строители строили жильё. Если при этом это не будет чистым подарком частному бизнесу, а это будет некоторый взаимный учёт интересов, если при этом будет сдерживаться цена жилья – это правильный шаг, это шаг разумный. Хотя у нас сейчас в условиях монопольного завышения цен на жильё скорее наблюдается перепроизводство жилья. Ввод жилья падает и будет падать дальше.

Хорошей новостью является возможная индексация пенсий. Потому что в этом году, как известно, правительство взяло назад данное им слово о том, что пенсии будут индексироваться в меру инфляции. Решили проиндексировать только на 4%, что является издевательством, поскольку официальный рост цен за прошлый год почти 13%, а реальный, по данным социологических исследований – 26%, которую ощущали на себе граждане. Может быть, дотянет до 13%, до индексации, пусть и запоздалой, пусть и частичной, но в меру официальная инфляция. На этом хорошие новости заканчиваются. Дальше начинаются новости плохие.

Да, ещё хорошая новость: разум начинает стучаться в двери даже правительства Медведева. Минтруд ещё в ноябре месяце выдвинул идею возврата к прогрессивному налогу, как во всём мире. Поскольку не очень богатых людей в наше правительство, судя по всему, не берут, они категорически не хотят использовать мировой опыт в части прогрессивного налога. Россия ещё с какой-то страной типа Боливии являются двумя странами мира, где есть так называемая плоская шкала налогообложения. Мировой опыт игнорируется полностью теми самыми людьми, которые по любому поводу начинают скакать и кричать про необходимость заимствования мирового опыта. Просто потому, что эти люди богаты и хотят платить меньше со своих личных доходов. Это консолидированная позиция российского либерального клана и многих нелиберальных элементов нашего руководства.

Минтруд даже предложил ввести ограничение на зарплаты топ-менеджеров государственных корпораций. Понятно, что эти ограничения будут находиться на уровне десятков, а, может быть, и сотен тысяч долларов в месяц. Но всё равно сама по себе идея этих ограничений – это мысль правильная, и сама по себе идея этих ограничений – мысль абсолютно враждебная для нашего либерального клана, потому что сегодня корпорации, а завтра начнут и всех остальных вводить в какие-то рамочки. Эту идею Минтруда тоже зарубили. Но важно, что эти идеи поддерживает уже не просто российское общество и народ России, но и отдельные элементы в правительстве Российской Федерации. Разум начинает просачиваться наверх по бюрократическим капиллярам. Проблема в том, что просачивается очень медленно. Ну и накануне сегодняшнего совещания у Медведева выступил Минфин, который сказал, что вообще он из 86 оставшихся пунктов поддержки не поддерживает категорически 37 (на 210 млрд рублей из 731 млрд рублей общей финансовой помощи), причём, он не обсуждает и не комментирует те пункты, где нет расчётов, зачем они нужны, и он не комментирует наиболее болезненные вопросы типа поддержки Внешэкономбанка, которая вообще вызывает много критики. И правительство Медведева старается этот вопрос обходить. И давайте напомним, давайте не будем забывать, что антикризисные меры обсуждаются в ситуации, когда ещё не свёрстан бюджет на 2016 год. То есть он принят Государственной Думой, он подписан президентом, проработан правительством, но он заведомо нереалистичен, и в реальности его нету. Вот это качество работы господина Улюкаева, министерства финансов и правительства Медведева.

То есть даже чрезвычайный, сверхжёсткий вариант бюджета не проработан. То есть у нас полная бюджетная неопределённость. И в этой ситуации позиция Минфина, который хочет зажать всё, с бухгалтерской точки зрения вполне понятна. То есть Минфин хочет зарезать дополнительное финансирование сельского хозяйства на 23 млрд рублей, мотивируя тем, что в бюджете 2016 года уже выделено дополнительно 74.3 млрд рублей. Так что здесь есть некоторая разумная позиция. Другое дело, что не задаётся вопрос, как именно используются эти деньги. Может быть, они используются эффективно, и тогда нужно много денег ещё. А, может быть, они используются неэффективно, и этот подарочек 74.3 млрд тоже является лишним. Он режет субсидирование скидок на закупку отечественной сельхозтехники на 10 млрд рублей, что является наглядным выражением того, что все разговоры про импортозамещение – это просто разговоры из серии «- Милый, ты меня любишь, или это пиар? – Успокойся, родная, это пиар». Так что отечественные производители могут расслабиться. В этом правительстве их не хотят. Минфин хочет отказаться от 2 млрд на докапитализацию «Росагролизинга». Мне лично это представляется правильным. Помимо позиции Счётной палаты, пока дел Скрынник не будет доведено до логического завершения, бывшей руководительницы «Росагролизинга», которая успела побывать министром сельского хозяйства. Это заведение очень непонятное, очень неопределённое. И давайте сначала разберёмся, а потом уже будем давать деньги.

Минфин категорически не хочет стимулировать научно-исследовательский опыт и конструкторские работы на 21 млрд рублей. Говорят: через «Гособоронзаказ», через ВПК, напрямую давать не будем. То, что есть гражданские научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, Минфин игнорирует в принципе. И вот это позиция, с которой согласиться нельзя, потому что науку очень легко уничтожить, а потом нельзя восстановить никогда.

Предполагается ликвидировать компенсацию банковских процентов по кредитам для промышленности в размере 12.2 млрд рублей. Это очень спорная вещь. Потому что сельское хозяйство мы поддерживаем субсидированием кредитов, а наиболее уязвимые и социально важные отрасли промышленности мы не поддерживаем. Что за глупость? Сельхоз стоит здесь стеной. И аргументом является то, что очень слабо проработан механизм. В результате чего в 2015 году на это направление выделили 20 млрд, а промышленность могла воспользоваться только 6. Так что здесь есть некоторая логическая основа.

Но что категорически нельзя поддержать – это нежелание Минфина поддерживать лекарственное обеспечение граждан. На эти деньги правительство Медведева при всех его недостатках хочет направить 16 млрд рублей. Грубо говоря – на дотирование дорогих импортных лекарств. У нас в основном лекарства импортные. Качественные лекарства – импортные почти все. 16 млрд рублей для нашей страны не так много. Да, может быть, их где-то воруют по дороге. Но давайте сначала поддержим людей, а потом будем ограничивать коррупцию, раз до сих пор не собрались ограничивать. Минфин заявляет, что нужно ограничить перечень лекарств. В переводе на русский, судя по всему, хотят вместо импортных использовать отечественные субституты. Но они далеко не везде есть. И разговоры про рост эффективности расходов без описания механизмов этой эффективности – конечно, мы всё это слышали и проходили.

Конечно, в «Росагролизинге» шуровала не одна Скрынник. Если бы шуровала она одна, а не в стае, как пишет уважаемая Мила, да, конечно, тогда не нужно было заниматься расследованием дела «Росагролизинга». Достаточно было заниматься одним человеком. Но проблема «Росагролизинга» в том, что коррупция во власти – это всегда мафия, это всегда организация. Если один человек во власти начинает заниматься коррупцией, его ликвидируют сами подручными методами, и для этого не нужно государственной политики. Поэтому давать деньги «Росагролизингу» до полного завершения всех дел, до полной ясности хотя бы со стороны Счётной палаты, нельзя. А самое главное, что Счётная палата сказала про антикризисные меры прошлого года, что они использовались с чудовищной неэффективностью. На этом всё. Переходим на следующий блок.

 

НОВОСТИПроводить приватизацию ради денег - это ложь, потому что деньги есть, и их больше, чем можно себе вообразить

 

М. ДЕЛЯГИН: Здравствуйте, дорогие друзья. У Галича есть такая песня.

А начальник всё спьяну про Сталина,

Всё хватает баранку рукой…

И, конечно же, нас не доставили

Санитары в приёмный покой.

Судя по вашим комментариям, по крайней мере в этом отношении товарищ Путин уже вполне соответствует товарищу Сталину. Аудитории покажи палец – и всё равно люди будут говорить «Путин, Путин, Путин, Путин». Но мы всё-таки будем говорить об экономике. И мы продолжаем голосование. Я пока сильно опечален результатами голосования. Только 6% аудитории может работать в правительстве Российской Федерации. Остальные являются нормальными людьми. Но, тем не менее, продолжим голосование. Те, кто считают, что России нужна такая приватизация, которая предполагается, которая сейчас рекламируется, но пока ещё не планируется, только обсуждается, на 1 трлн за два года. Пожалуйста, звоните по телефону +74951342135. Те, кто считает, что России не нужна такая приватизация +74951342136. Телефон прямого эфира. Сейчас давайте будем принимать звонки +74957373948. СМС +79258888948. Теперь про обещанную приватизацию. Сначала, когда эта тема всплыла…

Да, Сергей, я вижу, вы полностью правы, спасибо большое. У нас действительно плоская шкала налогообложения подоходного налога сугубо формальна, потому что шкала обложения оплаты труда реально регрессивная за счёт обязательных социальных взносов. Это ещё хуже, чем даже в Боливии. Вы абсолютно правы.

Возвращаясь к приватизации, предполагается 1 трлн получить за два года. Причём, говорится, что любой ценой нужно получить эти деньги. Совершенно неважно, что это будет распродажа по сути дела даром. Потому что сейчас плохая конъюнктура. И, что удивительно, называются только промышленные корпорации. Никто не говорит о приватизации Сбербанка. И поэтому Греф уже радостно кричит, что нужно приватизировать «Роснефть». Никто не говорит о «Внешторгбанке» и «ВТБ-24». Там всё в порядке. Финансовые посредники, насколько можно судить, должны оставаться у государства. Речь идёт о лакомых кусочках, которые относятся к реальному сектору. Просто лобби представителей реального сектора, что бы ни писали про Сечина, слабее, чем лобби банкиров, как и в 1990-е годы, больше средств приходится тратить на производство, меньше средств, вероятно, можно потратить на лоббирование. Соответственно, они проигрывают административную конкуренцию. И уже заявлено, по-моему, Силуанов сказал, что если продать 19.5% «Роснефти», то это позволит получить полтриллиона рублей. Я хорошо помню, как господин Кох, который сейчас попался на контрабанде. Ничего личного, ничего страшного. Просто так, как он привык оценивать заводы и благосостояние народа, он оценил картину, которую пытался вывезти из страны. И почему-то таможенникам это не понравилось. Наверное, они никогда не участвовали в приватизации.

Это действия практически по стопам господина Коха. И зачем это нужно, я, честно говоря, понять не могу. Потому что, с одной стороны, если бы в бюджете не было денег, было бы понятно. Хотя есть способы финансировать расходы бюджета без воровства. И на самом деле та величина дефицита бюджета, о которой говорится сейчас, даже до 5% ВВП – она вполне нормальна и инфляционно абсолютно безопасна, потому что, как все мы знаем, рост цен вызван не дефицитом бюджета и даже не ростом денежной массы. Он вызван произволом монополий и девальвацией рубля.

В федеральном бюджете валяется без движения 9.2 трлн рублей. Если не хотите тратить деньги на развитие, если хотите блокировать развитие страны, эти деньги можно направлять на покрытие дефицита бюджета, как в декабре. Декабрьский дефицит был больше половины годового – 1 трлн рублей, был покрыт за счёт накопленных резервов. Было 10.2, стало 9.2 трлн рублей. На эти деньги по-прежнему можно построить вторую Россию – современную, комфортабельную. Просто это не является, насколько можно судить, не то что приоритетом правительства Медведева, но даже и просто задачей для него. Таким образом, проводить приватизацию ради денег – это ложь, потому что деньги есть, и их больше, чем можно себе вообразить. Федеральный бюджет захлёбывается от денег. И, на мой взгляд, это преступление. То, что в нашей стране умирают дети с практически официальным диагнозом «нехватка бюджетных средств», в то время когда бюджет от денег захлёбывается. Но это другой вопрос.

Очень часто любят поговорить, что частный бизнес всегда эффективнее государственного. Мы видели, насколько он эффективнее на нашем примере. Можно обсуждать, более эффективна «Роснефть», чем «Лукойл» или менее эффективна. Но в том, что есть какая-то принципиальная разница в эффективности крупного бизнеса частного и государственного, доказано экспериментально, что этой разницы нет. Более того, даже по современной научной теории есть разница в эффективности на уровне малого, среднего и крупного бизнеса. На уровне крупнейшего бизнеса общенациональных масштабов разница исчезает.

На самом деле первый раз теоретически это было доказано в 1997 году российскими либералами. Они провели тщательное исследование сопоставимой эффективности государственных и частных компаний России. При этом то, что государственные компании были в заведомо неэффективных отраслях, которые тогда умирали, а частные компании были самыми сладкими кусками, вырванными из российской экономики, даже тогда разница в эффективности была некритичной и полностью укладывалась в погрешность измерений. И это было сделано российскими либералами. Тогда ещё среди них были добросовестные люди. Сейчас они уже в основной массе своей вытеснены.

И наконец очень важная вещь. Проблема наша заключается не в том, что у нас много государственной собственности, а в том, что государство не управляет своей собственностью как государственной за редкими исключениями, когда сами топ-менеджеры государственной компании считают себя обязанными вести политику не только ради накачки прибыли, но и ради того, чтобы реализовывать какие-то задачи в интересах государства. Скажем, в Роснефти видны примеры такого поведения. То есть отставание общественных интересов государственными компаниями – это личная инициатива топ-менеджмента этих корпораций. И пока государство не научится управлять своей собственностью, вопрос о приватизации вообще абсолютно не понятен и абсолютно контрпродуктивен, потому что нет принципиальной разницы между госсобственностью и частной собственностью. Но, с другой стороны, нужно поживиться. Есть глобальный бизнес, который хочет хапнуть самые сладкие куски. Есть российские менеджеры, которые хотят поучаствовать в этом процессе и отгрызть от компаний, которыми они сейчас управляют, какие-то куски в своих личных интересах. Но и есть общее понимание, что Россия не имеет права быть самостоятельной, что российское государство обязано служить иностранному бизнесу. И поэтому государственную собственность в части её сладких кусов нужно отдать хозяину мира – глобальному бизнесу. Я понимаю приватизационную логику государства именно так.

«Какой конкурентоспособный товар способна производить экономика России и её граждане?». Мишаня, вы ничего не слышали про «Яндекс», например? Совсем ничего? Никогда? Зайдите в интернет. Это более удобная поисковая система при всех претензиях к ней, чем, скажем, Google. Можно я не буду говорить сам? Госпожа Клинтон в бытность свою госсекретарём призвала к закрытию на территории Соединённых Штатов Америки телекомпании «Russia Today» - государственной телекомпании Российской Федерации, чем подтвердило её высочайшую эффективность, чем подтвердило то, что она более эффективна, чем вся американская пропагандистская машина. Можно долго обсуждать российский ВПК, который в своей массе тоже является государственным. И я думаю, что если немножечко посмотреть, то даже в тех оставшихся кусочках, которые ещё государственные, можно найти много всего эффективного.

Скажем, «Сбербанк». Крайне нелюбимый мной Греф, неоправданно жестоко относясь к работникам «Сбербанка». Тем не менее, «Сбербанк» является инновационным банком и одним из самых передовых банков мира именно по инновационному уровню. И любой человек, который зайдёт в интернет-банкинг «Сбербанка», я думаю, что это может оценить. Это не реклама. Я, наверное, последнее, что в своей жизни буду делать – это говорить что-то хорошее о Грефе. Но когда говорят, что госсектор не может сделать ничего – пожалуйста, посмотрите на «Сбербанк». Так что не надо заниматься ерундой.

У нас есть звонки? Давайте примем.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло.

М. ДЕЛЯГИН: Да.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Приватизация делается не ради денег. Приватизация делается ради уничтожения, а не ослабления государства. Потому что когда вы собственность государства отдаёте в частные руки, вы тем самым уничтожаете в конечном счёте государство в интересах, как вы сказали, глобального бандитского финансового капитала. Поэтому совершенно всё понятно. Российская власть действует в интересах не российского государства, ослабляя его, а в конечном счёте уничтожая, а в интересах глобалистов.

М. ДЕЛЯГИН: Спасибо большое. Единственное, не всё российское государство, а либеральный клан российского государства в социально-экономической политике. Безусловно, так. Тут товарищ В_шоке, очень эмоциональное сообщение: «Делягин хвалит Сечина». По крайней мере, у нас уже есть некоторый прогресс. Когда Делягин хвалит Грефа, это не вызывает общественной истерики.

«А с каких это пор у нас Роттенберги – глобальный бизнес?». Это не глобальный бизнес. Давайте не будем путать. 

«Приватизировать госсобственность, особенно сейчас – это преступление. Полностью согласен с Рисориусом, особенно с учётом того, что в части «Яндекса» он со мной готов спорить». Опять-таки, для специалиста, наверное, по-другому. Я говорю как пользователь. У Яндекса меньше выборка. Яндекс политически, на мой взгляд, регулирует эту выборку. Но по части удобства, по части сервисов, по крайней мере, до самого последнего времени было так. Давайте, ещё звонки есть?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте, Михаил.

М. ДЕЛЯГИН: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня вопрос такой. А почему нельзя привлечь деньги, вложенные в американскую экономику, в виде облигаций?

М. ДЕЛЯГИН: Понятно. Можно привлечь. Более того, они входят в эти 9.2 трлн рублей. И Резервный фонд, и Фонд национального благосостояния. И в 2008 году, когда у нас была очень сложная ситуация из-за обострения глобального кризиса, мы эти деньги из американских облигаций вынимали. Я помню, как президент Путин об этом говорил на Валдайском клубе, по-моему, году в 2013-ом, с очень большим удивлением, что надо было взять – и мы взяли, и нам дали. Но здесь есть маленький нюанс. Здесь вопрос желания правительства. Если вы служите своему народу, то, конечно, вы будете направлять деньги на развитие своего народа. Эффективность, выбор приоритетов – это другие вопросы. Здесь можно страшно ошибаться. Но если вы служите России, то вы понимаете, что деньги российских налогоплательщиков должны служить России. Опять-таки, они должны служить зарплате офицеров ФСБ, зарплате нянечек в детских садах или модернизации инфраструктуры, или фундаментальной науки. Это следующий вопрос, который можно и нужно обсуждать и где можно сделать страшные и чудовищные ошибки. Но если правительство служит России, оно направляет деньги на нужды России. Если правительство служит не России, оно направляет деньги туда, кому оно служит. Стандартный вечный принцип финансового анализа: следите за деньгами. Я всегда цитирую максиму Дворковича. Дворкович как-то обмолвился, что Россия должна платить за финансовую стабильность США. Понимаете, нельзя ловить людей на словах просто так. Люди очень часто оговариваются. Наверное, я тоже оговариваюсь, и, может быть, даже не по Фрейду, а совсем глупо оговариваюсь. Но в данном случае, даже если это не максима, не принцип, а это просто оговорка Дворковича, то эта оговорочка подтверждена всей политикой российского государства, потому что главный приоритет бюджетной политики России – это вывод денег из страны. Когда это делает какой-нибудь последний жулик или коррупционер, мы показываем на него пальцем и кричим: «Ату его! Какой он нехороший! Он не только украл деньги, он ещё, негодяй, их из страны вывел. Ай-ай-ай. Как нехорошо! Вдвойне преступник!». Вас, может быть, кто-нибудь когда-нибудь накажет. А когда это же самое делает российское правительство 10 лет публично, цинично, откровенно – это нормально, вроде бы так и должно быть. И основоположник этой политики – Кудрин, самый уважаемый человек в нашем либеральном истеблишменте. И вот-вот вернётся на должность премьера, чтобы с неё напрямую шагнуть на должность президента. Я могу только развести руками перед таким отсутствием инстинкта самосохранения у властной тусовки.

Да, безусловно, наши деньги незначимы для экономики США. Юрий, вы абсолютно правы. Наши вклады в американские ценные бумаги, причём, включая не только деньги бюджета, но и деньги Банка России, порядка 100 млрд долларов, незначительные деньги – они колеблются плюс-минус, но это деньги для Америки незначительные. Но здесь вопрос не в том, реально мы помогаем Америке или нет. Здесь вопрос мотивации. Наша либеральная тусовка чувствует себя слугой американских господ или не чувствует? Бюджетная политика – это демонстрация того, что она, с одной стороны, чувствует себя слугой не народа России, а в лучшем случае совсем другого народа. И, во-вторых, это демонстрация лояльности слуги хозяину. По-другому это объяснить я не могу. Может быть, есть какие-то другие объяснения. Понимаете, насколько слуга важен для хозяина, насколько важна его помощь – это другой вопрос. Важно, что слуга демонстрирует хозяину свою лояльность деньгами, которые для хозяина незначимы, но очень важны для тех, кто всерьёз думает, что этот слуга служит не Соединённым Штатам, а служит Российской Федерации. И, во-вторых, кроме США, мы вкладываем ещё в ценные бумаги Еврозоны, вкладываем в ценные бумаги, хотя и на порядок меньше, Великобритании и, по-моему, даже Японии. Так что здесь помочь идёт не только Соединённым Штатам Америки. А для Евросоюза эти деньги более значимы.

«Сколько нужно «Яндексов» и «Касперских» чтобы начать приносить в бюджет столько же, как нефтегазовый сектор». Много. Безусловно. Но, вы знаете, нефтегазовый сектор – это более 60% экспорта товаров. И потом, если не уничтожать всё, кроме нефтегазового сектора, то тогда и в бюджет это всё остальное будет приносить больше. Пока в этом отношении делаются шаги по уничтожению всего, кроме нефтегазового сектора.

Самый простой пример – это образование. Потому что для того чтобы работать в «Яндексе», для того чтобы работать у Касперского, для того чтобы работать даже слесарем на оборонном заводе, нужно иметь трудовую мотивацию. А вся система образования разрушает трудовую мотивацию в первую очередь.

«Сколько книг по экономике глобализма выпустил ваш институт за время своего существования?». Базовая книжка «Общая теория глобализация», которая вышла в 1998 году, постоянно совершенствуется. Сейчас она выйдет уже в восьмой раз. К сожалению, наши коммерческие реалии таковы, что она выходит всякий раз под новым названием, что оправдано, потому что она полностью переработана. Вот она выйдет в издательстве «Питер». Это не реклама. Извините, вы задаёте вопрос.

По экономике сейчас вышла книга «Светочи тьмы». Правда, первый тираж уже заканчивается за 1.5 месяца, так что скоро будет новый тираж. Так что, извините, мы работаем, дорогой Мишаня.

«Слуги нашего народа стали холуями чужестранцев». Константин, я бы не стал так ругаться, потому что, во-первых, слугой быть почётно для некоторых людей, очень почётно. С другой стороны, у них другая самоидентификация. Для многих наших либералов Родина не в России и даже не там, где лучше кормят. Трагедия либерального клана России заключается в том, что для многих из них Запад является источником не денег, не комфорта, не прибыли. Запад является источником истины в последней инстанции. И даже когда Запад отнимает у них денег и грабит, портит им жизнь, а Россия им помогает, для них всё равно Запад – источник истины, добра и света, а их собственный народ является источником зла. Даже не империя зла, понимаете? Народ зла. И это фундаментальный вывих сознания, который, на мой взгляд, уже поздно вправлять.

«Нужен один «Apple» или «Microsoft», чтобы приносить государству больше, чем вся нефтянка и газ России». Правильно. Только чтобы сделать один «Apple» или «Microsoft», чтобы Сергей Брин не бежал из страны сломя голову в панике и ужасе, нужно в первую очередь не устраивать демократические поскакушки, а обеспечивать людям нормальную человеческую жизнь, нормальное человеческое образование, нормальное человеческое здравоохранение. Тогда у нас будут высокие технологии. Извините, если уничтожать нормальную жизнь людей, тогда действительно нормальной жизни не будет.

Константин, «Родина там, где хранятся их деньги» - это другой случай. Это прагматичный интерес. Я говорю о значительно более глубоком и страшном, фундаментальном вывихе, даже не моральном, вывихе ментальном. Да, у меня расходящееся косоглазие, спасибо большое за напоминание. О вывихе ментальном. Люди действительно веруют в то, что любая идея, выдвинутая в России, ещё не одобренная Западом, неправильна просто потому, что она выдвинута России. И эти люди не сидят где-то под плинтусом и не живут в подворотнях, жутко страдая. Эти люди, на мой взгляд, нами реально правят. 

Мы заканчиваем наш замечательный социологический опрос по приватизации. Доля людей, которые могут работать в правительстве Медведева в нашей аудитории, сократилась до 5%. Доля нормальных, на мой взгляд, которые считают, что нам не нужна бессмысленная и безумная приватизация ради 1 трлн, когда федеральный бюджет не знает, куда девать более 9 трлн, выросла до 95%. Большое спасибо. Честно говоря, я думал, что наша государственная пропаганда чуть подейственнее. Я думал, что будет соотношение 20 на 80. Очевидно, у нас хорошая замечательная аудитория. 

«Кажется, Собянина тянут в президенты». Да, Лёва из Бирюлёво. У меня точно такое же ощущение, точно такое же впечатление. Очень не хочется быть оппозиционером. Очень не хочется работать на Майдан. Но у меня ощущение, что ещё годик такой социально-экономической политики, ещё годик такой адекватности в части внутренней политики. Вы знаете, если придётся выбирать между Собяниным и Кудриным, Собяниным и Касьяновым, Собяниным и Навальным, я боюсь, я предпочту Кадырова.

«Война либералов и патриотов – борьба нанайских мальчиков. Всех сносить!». Понимаете, есть разные патриоты. Но, как было сказано в своё время, ворюги мне милей, чем кровопийцы. Кровопийцы в нашей ситуации – это не патриоты. Кровопийцы – это те, кто определяют, на мой взгляд, социально-экономическую политику, которая действительно уничтожает страну. Можно обсуждать, где сколько воруют. Можно говорить, что не надо давать деньги на здравоохранение, потому что там много денег воруют. Как говорят некоторые люди, которые приложили всё для создания соответствующей системы здравоохранения.

Но когда в стране умирают дети, которые могли бы при сегодняшней системе здравоохранения прожить насыщенную, полную жизнь (счастливую, несчастливую – это уже их проблема) и оставить здоровое потомство, когда они умирают, потому что в бюджете нет денег, а в федеральном бюджете при этом валяется без движения 9.2 трлн рублей, извините, пожалуйста, что там говорил Ленин? Всё лучшее – детям? Именно за это его и собираются выкинуть из Мавзолея. Не за то, в чём он был плох, не за то, что большевики сделали плохого. Правящая тусовка ненавидит их за то, что они делали хорошее. Почему до сих пор Сталин является главной темой для почти любого обсуждения? Потому что Сталин хоть что-то делал для страны, много сделал. Потому что на фоне Сталина, даже на фоне Ленина нынешние руководители социально-экономического блока – это кошмар и катастрофа, для описания которой даже у меня не хватает литературных слов, которые можно говорить в эфире. Как только наша социально-экономическая политика, наша культурная политика нормализуется, как только это случится, через после этого Ленин и Сталин уйдут в историю. Они сейчас живы, они сейчас дышат нам через плечо. Потому что на фоне того, что творят наши нынешние сегодняшние руководители, кто угодно кроме них…

Эпидемия ВИЧ, вы знаете, не самое страшное, Сергей. Самое страшное – это гепатиты C, D и последующие, о которых мы не знаем, потому что на них не пилятся деньги, как на эпидемии СПИДа. Это более страшная вещь.

«Я не верю в патриотов, которые своих сынков в госбанки и госкорпорации пристраивают. Я не верю в патриотов, которые отправляют своих детей за бугор. Именно эти самые крикливые». Я согласен. Единственное, что в условиях уничтожения образования, если вы хотите, чтобы ваш сын, дочь имели хорошее образование, то часто нет альтернативы отправки детей за бугор, потому что там есть бесплатное образование. Спасибо. Увидимся 19 февраля.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015