На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000





Главная   >  Позиция

Оседлать либеральный хаос. Противоречат ли либеральные взгляды Путина его политике?

2014.01.24 , "Завтра" , просмотров 1529

1

Преcс-конференция президента России внезапно обнажила его экономические взгляды. До нее он производил загадочное впечатление едва ли не единственного россиянина, довольного хозяйственным развитием страны.

Действительно: рост ВВП неуклонно тормозится уже более полутора лет, причем в первые три квартала этого года он сократился втрое — до 1,3% по сравнению с прошлогодними 4,0%. И это при стабильных и запредельно высоких ценах на нефть: в наступающем году "при прочих равных" экономический рост перейдет в спад, подобно прошлогодним инвестиционному и промышленному росту, в этом году перешедшим в спад и стагнацию соответственно.

Не стоит забывать, что, как было показано (по заказу не ЦРУ, но правительства России) в середине 2000-х, экономический рост ниже 5,5% в год не дает поддерживать социально-политическую стабильность: "пряников сладких не хватает на всех", и группы влияния начинают грызть друг друга, разрушая общество.

Внятные признаки этого налицо: кризис региональных бюджетов (которые, кроме Калмыкии, в 2014 году будут дефицитны), перекредитованность значимой и падение реальных доходов значительной части населения, готовность власти спустить на бизнес силовиков, дав им право без налоговой службы возбуждать дела по налоговым нарушениям, в которых они заведомо менее компетентны.

Непростая ситуация и в политике: раздробление, запугивание и канализация в местные выборы политической оппозиции обнажили мятеж против Путина властной либеральной тусовки. Напомню, что со времен переписки Вольтера с Екатериной Великой прошло время, и сегодня либерализм отстаивает не свободу личности, но лишь подчинение государств интересам глобального бизнеса. Если они противоречат интересам народа — "не ту страну назвали Гондурасом".

Либеральный клан последовательно и открыто отказывается исполнять майские указы Путина, направленные на социальные цели и цели развития. Полномочия по ним сбрасываются в регионы без денег, что ведет к повышению зарплат врачам и учителям ценой сокращения их численности, нового витка запрета школ и больниц.

Либералы объясняют это отсутствием денег в бюджете, цинично издеваясь уже не только над страной, но и над Путиным. В самом деле: полтора триллиона на Олимпиаду в Сочи (не говоря о других баснословных имиджевых проектах) нашлись легко (и никто из либералов не говорил об их отсутствии), — и одновременно за январь-ноябрь этого года неиспользуемые остатки средств бюджета выросли на 2 трлн.руб.! А вполовину меньшую сумму на майские указы Путина (при том, что на счетах бюджета без движения валяется аж 8 трлн.руб.) найти, оказывается, невозможно!

Причина проста: крупное воровство, насколько можно судить, не противоречит современным либеральным ценностям, — так как украденные деньги поступают в финансовые системы развитых стран, служа глобальному бизнесу. Направление же денег на благо людей выводит их из-под контроля глобального бизнеса и является с его точки зрения бесхозяйственностью и разбазариванием средств, а с точки зрения либералов — ересью, идеологическим преступлением.

Поэтому выполнять указания по подготовке к Олимпиаде, производящие впечатление порождающих коррупцию, для либерала нормально не только по корыстным, но и по идеологическим причинам: украденные деньги помогут глобальному бизнесу. А направлять нефтедоллары на пользу людям, вырывая их из карманов глобального бизнеса, — недопустимо.
В этом было реальное преступление Хусейна, Каддафи и многих иных; в этом заключается преступная порочность (с либеральной точки зрения) и майских указов Путина.

Не видеть прямого саботажа либералов, продолжающегося полтора года, не слушать хруст и треск ломающейся российской экономики, казалось, невозможно, — но Путин в свойственной ему серьезной и доверительной манере развеял эти тревоги.
У него действительно все хорошо, и его экономические взгляды, похоже, просто не дают ему видеть реальной ситуации.

Экономические причины предоставления 15 млрд.долл. Украине (и ежегодной "газовой скидки", по украинским оценкам, в 7 млрд.долл.) без каких-либо встречных интеграционных шагов с ее стороны предельно просты: часть нашей промышленности связана с Украиной, и ее крах нанесет нам убытки.

Однако о величине этих убытков не сказано ничего. Вполне возможно, что они будут меньше подарков, сделанных Януковичу (который не скрывает желание убить свою страну, создав зону свободной торговли с Евросоюзом, просто чуть позже). Вполне возможно, что развертывание в России дублирующих украинские производств (как это уже делается с производством вертолетных двигателей) обойдется дешевле сделанных подарков.

И, главное, вне тесной интеграции с Россией (невозможной по политическим причинам) Украину в любом случае ждет экономический крах, и наши деньги ей не помогут.

Насколько можно судить со слов президента, эти элементарные факторы в принципе не рассматриваются при принятии решений. Похоже, для кого-то они слишком сложны.

Подлинным бальзамом на раны российской экономики стало намерение государства (обсуждаемое, правда, слишком долго) направить часть бюджетных резервов на развитие инфраструктуры. При этом Путиным не был назван сомнительный с точки зрения целесообразности проект скоростного поезда Москва — Казань, что, возможно, отражает рационализацию перечня инфраструктурных проектов.

Разъяснения президента России о целесообразности вложения государственных денег в инфраструктуру в целях обеспечения развития страны самоочевидны и крайне приятны, так как эти соображения последовательно отвергались государством на протяжении всей четверти века национального предательства.

Однако то, что государство вроде бы начинает постепенно разворачиваться от монетаристского мракобесия к разуму и исполнению своих прямых обязанностей по развитию своей страны (если, конечно, инфраструктурные проекты не затеяны на самом деле ради нового грандиозного "распила бабла" в стиле пресловутых имиджевых проектов), не отменяет двух важных вопросов.

Они просты: почему так поздно и почему так робко?

Ведь описываемая Путиным логика элементарна и разъяснялась ему на протяжении последних 13 лет почти постоянно.
Единственное рациональное объяснение состоит в том, что по своим экономическим взглядам Путин является крайним либералом в стиле Илларионова и Кудрина.

Конечно, президент может не быть и, строго говоря, не должен быть экономистом. Но, принимая все стратегические решения, он принимает и решения в области экономики. И потому вынужден иметь если и не стройную систему непротиворечивых знаний, то хотя бы набор обрывочных представлений.

И этот набор у него, похоже, сложился под определяющим влиянием гайдаров и чубайсов всех мастей, и поддается лишь крайне медленной, фрагментарной и неохотной корректировке под давлением совсем уж вопиющих, непреодолимых и пугающих обстоятельств. И, возможно, эта корректировка будет лишь кратковременной.

Поразительно описание Путиным различных подходов к противодействию глобальному кризису. Мол, американцы смягчают финансовую политику, подстегивая дешевыми деньгами свое хозяйство, европейцы ужесточают бюджетную политику, экономя на всем, а мы комбинируем эти два подхода.

При этом происходит "смешение горячего со сладким", так как финансовая и бюджетная политики — это, хотя и смежные, но все же различные явления: Путин явно не замечает, что смягчение финансовой политики в американском стиле ничуть не противоречит бюджетной экономии по-европейски, и кредит в развитых странах еврозоны, несмотря на сокращения социальных расходов в ее бВыдавая различие между финансовой и бюджетной политиками в условиях кризиса за различие между США и еврозоной, он маскирует тот факт, что все развитые экономики мира спасаются от срыва в депрессию денежной накачкой, замещающей сжимающийся коммерческий спрос. Уникальная политика либеральных фундаменталистов России, отказывающихся от финансового смягчения в единственной стране мира, где оно может быть производительным, не ставится Путиным под сомнение; и он едва не извиняется за робкое отступление от нее в части трех инфраструктурных проектов.
"Не заработанные страной" деньги, полученные от высоких цен на нефть, президент, вслед за либеральными фундаменталистами, считает "лишними", а их направление на нужды развития страны — "нарушением".

Констатируя различие подходов (на самом деле мнимое, но ему про это, похоже, не сказали), Путин не интересуется причинами этого различия и тем, какой из них правильный. Это можно назвать безразличием или робостью перед Западом (который смиренный лидер второй ядерной державы мира просто не смеет анализировать), или любым иным термином, но в его основе — равнодушие к истине.

"США поступают — так, европейцы — иначе", — но его не интересует, как правильно, как нужно: мы всего лишь копируем авторитетов и комбинируем их подходы, просто не думая о том, что стоит за ними.

Такой подход может приносить тактические успехи, но в стратегическом отношении он, как и любое равнодушие к истине, означает только одно — гибель.

И последнее.
Я искренне рад тому, что Путин не просто в пропагандистских целях называет украинцев "братским" народом, но и строит экономическую политику на основе понимания этого братства.

Можно оспаривать конкретные осуществляемые им меры, но сама мотивация не может вызвать ничего, кроме искренней радости. И надежды, что когда-нибудь для президента России "братским" станет не только украинский, но и русский народ.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015