На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000





Главная   >  Позиция

Прощай, богатая Россия

2013.09.23 , "Московский комсомолец" , просмотров 1277

2

Эпоха дорогого сырья, начавшаяся повышением мировых цен на нефть в мае 1999 года, заканчивается на наших глазах. Несмотря на беспрецедентную накачку спекулятивных (как финансовых, так и сырьевых) рынков дешевыми деньгами, сырье в целом перестало дорожать, а во многих сферах начало уверенно дешеветь.

Наиболее сильное впечатление произвел «звоночек» на рынке угля, цена которого снизилась с максимального уровня, достигнутого во II квартале 2011 года, более чем вдвое. Причины прозрачны: помимо общего перепроизводства, это резкое сокращение импорта Индией и «сланцевая революция» в США (из-за чего подешевевший американский уголь «пошел по миру» и экспортируется сейчас даже в Европу).

Нефть и газ пока держатся, но в целом им осталось лишь около трех лет — пока не достроят уже заложенные в Южной Корее газовозы для экспорта американского сжиженного газа. То, что после этого «национальное достояние» России превратится в курицу (пусть даже очень большую) с отрезанной головой, — забота тех, кому на самом деле это «достояние» служит, однако снижение цены газового экспорта в Европу примерно на треть представляется неизбежным.

С нефтью же и того проще. Понятно, что удешевление угля и газа «потянут» ее за собой, а снижение ее мировой цены даже до 60 долл. за баррель по своим последствиям для нынешней модели российской экономики будет сопоставимо с выстрелом из гранатомета в висок.

Но дело далеко не ограничивается энергоносителями.

С весны 2011 года мировые цены стального полуфабриката и плоского проката снизились примерно на четверть, сортового проката — на одну шестую. Никель за то же время подешевел более чем вдвое, олово и алюминий — примерно на треть (причем запасы последнего в мире существенно превышают годовое потребление, и перспектив их сокращения не видно), медь — примерно на 30%, свинец и цинк — более чем на четверть.

Пугающе — также более чем на четверть относительно максимального уровня — дешевеет даже золото, являющееся, разумеется, в первую очередь не «сырьем для электротехнической промышленности», а средством накопления сокровищ и сакральным металлом всей рыночной экономики.

Скандал со «ссорой хозяйствующих субъектов» вокруг «Уралкалия» привлек внимание к относительно небольшому, но весьма показательному калийному рынку. Только уже осуществляемые в этой сфере инвестиционные проекты обеспечивают увеличение производства калия примерно на треть в течение ближайших трех лет — без каких-либо признаков увеличения спроса. При этом значительная часть реализуемых проектов уже прошла «точку невозврата»: останавливать их на полпути будет значительно дороже, чем продолжать даже себе в убыток. Понятно, что это обрекало калийный рынок на обвальное падение цен, которое только лишь приблизили арест Баумгертнера и весьма убедительная поддержка Интерполом преследования Белоруссией руководства «Уралкалия».

Все перечисленное представляется отнюдь не случайностью, не разовым колебанием, а новым этапом развития мира, как минимум — новым хозяйственным циклом этого развития. Непосредственная причина удешевления сырья — торможение Китая — лежит на поверхности, но ведь и оно вызвано не столько внутренними трудностями Поднебесной, сколько ограничением прироста внешнего спроса из-за сползания мировой экономики к глобальной депрессии.

Понятно, что неизбежный (по крайней мере, насколько об этом можно судить сегодня) срыв в глобальную депрессию еще больше усилит перепроизводство основных видов сырья и, соответственно, усилит тенденцию к снижению цен на него.

Идущее уже два года удешевление сырья дает и глобальному, и национальному бизнесу четкий сигнал, подлежащий быстрому и беспрекословному исполнению: в соответствующие отрасли уже перестают вкладывать деньги. (Яркими примерами служат мораторий Катара на освоение новых газовых месторождений на шельфе и фактический отказ России от освоения Штокмановского месторождения.) Во всем мире центр тяжести инвестиций уверенно переносится с освоения месторождений сырья и приобретения перерабатывающих мощностей на новые технологии. Исключения вроде рынка сланцевых газа и нефти США лишь подтверждают правило — и наиболее передовую часть мира, несмотря на всю косность глобальных монополий, вероятно, ждет новый технологический рывок, новый этап преобразования технологиями повседневной жизни.

Сделанные в эти технологии инвестиции надо будет окупать, и, несмотря на свою растущую производительность, высокотехнологичная продукция начнет дорожать относительно сырья. Тенденция ее относительного удешевления, проявившиеся в последние десятилетия, развернется вспять, и интеллектуальная рента возьмет не обладающую ею часть человечества за горло.

Да, через какое-то время злостное и повсеместное злоупотребление монопольным положением под видом реализации права интеллектуальной собственности приведет к распространению дешевых, общедоступных и при этом сверхпроизводительных технологий, блокируемых сегодня глобальными монополиями и национальными бюрократиями.

Да, через одно-два десятилетия, когда мир ощутит последствия перетока инвестиций в технологии в ущерб разработке сырья, дефицит последнего переломит ситуацию: цены пойдут вверх, вслед за ними потянутся и инвестиции, — и после реализации соответствующих проектов цикл повторится вновь.

Но до всего этого еще надо дожить.

А в ближайшие годы нас, скорее всего, ждет эпоха удешевления сырья, в которой Россия столкнется с резким сокращением доходов от практически всего своего экспорта, включая продукцию первого передела и стремительно устаревающее оружие (при наглядной утрате способности производить значительную его часть). А ведь наша страна сгибается уже сегодня — «всего лишь» под грузом собственных проблем в виде тотального произвола коррупционеров и монополистов: экономический рост тормозится и скоро перейдет в спад, колоссальное увеличение инвестиций прошлого года сменилось их нарастающим сокращением.

Отечественные эксперты, которые в этих условиях продолжают призывать к разработке стратегии по инвестированию нефтедолларов в разработку и реализацию современных технологий, попросту опоздали: пока эта стратегия будет разработана (а опыт медведевской «модернизации» показывает, что этого может и вовсе не произойти), нефтедоллары кончатся.

И новое поколение гайдаров, чубайсов и кириенок, пригревшееся на экспортных потоках, без тени колебания и угрызений совести вывернет наши карманы и торжественно объявит: «Деньги кончились!».

Строго говоря, этот процесс уже начался, причем задолго до исчерпания резервов. Чего стоят истошные вопли об отсутствии денег в бюджете, неиспользуемые остатки которого (свыше 7,2 трлн руб.) превышают полугодовые расходы (то есть более полугода можно не собирать налогов и таможенных взносов, и никто, кроме казначейства, этого не заметит). Урезание социальных расходов и программ развития (но ни в коем случае не производящих впечатление откровенно воровских «имиджевых проектов»!) в этих условиях призвано, похоже, лишь прикрыть вполне возможную финальную операцию по «уводу» из страны заметной части ее собственных резервов.

Беда не в том, что надвигающийся катаклизм практически неизбежно приведет к концу правящей и владеющей Россией тусовки, грабящей советское наследство и перерабатывающей сам народ нашей страны в личные богатства. Этих людей давно уже никому не жалко — даже, судя по их поведению, им самим.

Беда в том, что предстоящий катаклизм будет довольно длительным и может привести к концу самой России, ибо наша неготовность к такому развитию событий очевидна.

Наши технологии, созданные в лучшем случае в 80-х годах, будут так же безнадежны и беспомощны в близком высокотехнологичном будущем, как нынешние РВСН — в ситуации масштабного применения высокоточного оружия в сочетании с четырехуровневой американской ПРО.

 

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015