На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
НОВОСТИ
ПОЗИЦИЯ
СТАТЬИ И ИНТЕРВЬЮ
ДЕЛЯГИНА ЦИТИРУЮТ
АНОНСЫ
ДРУГИЕ О ДЕЛЯГИНЕ
БИОГРАФИЯ
КНИГИ
ГАЛЕРЕЯ
АФОРИЗМЫ
ДРУГИЕ САЙТЫ ДЕЛЯГИНА

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000





Главная   >  Позиция

А зачем мы платим налоги?

2010.05.14 , Новая газета , просмотров 712

«Закон приведет к уничтожению социальной сферы. О бесплатных услугах придется забыть»

Накануне майских праздников Госдума стремительно приняла, а Совет Федерации одобрил несколько раз откладывавшийся проект закона о бюджетных учреждениях. Президент Медведев, выслушав ритуальные заверения министров социального развития, образования и культуры, сообщил о намерении подписать этот закон.

Однако при этом он произнес пугающие слова: «никакого перехода к платному образованию не предполагается и из закона не вытекает, остаются прежние нормы предоставления образовательных услуг». По сути дела, гарант Конституции заверил граждан в том, что не собирается нарушать ее, - и это в стране, где привычка понимать слова руководства строго наоборот стала одним из условий выживания еще до начала реформ…

Это привлекло внимание к обсуждаемому закону - и недаром. По степени своей разрушительности он может далеко превзойти даже монетизацию льгот.

Официальная мотивация необходимости реформирования бюджетных организаций – их неэффективность. Действительно, сметное финансирование не стимулирует их руководство к росту эффективности, а контроль качества, по сути дела, отсутствует, - но «новый порядок» в бюджетной сфере не связан с исцелением этих язв.

Эффективный контроль качества не вводится, новых стимулов экономии не создается, а повышение открытости и сохранение у бюджетных организаций средств, не израсходованных до конца года, можно было обеспечить и без реформы.

Ее суть - перевод основной части бюджетных организаций на аналог госзаказа, «государственное задание». Это задание включает строго ограниченный набор услуг, финансируемый государством; в остальном бюджетные организации получают полную свободу зарабатывать деньги и распоряжаться ими, становясь, по сути дела, коммерческими.

Практически это резко сокращает бюджетную сферу – до границ «государственного задания». А финансирование исключительно «государственного задания» означает разрушение инфраструктуры бюджетных учреждений. Ведь государственное задание будет неравномерным по годам: в какие-то годы нужно подготовить 100 специалистов определенного профиля, а в какие-то – только 10. И в тот год, когда соответствующий институт получит средства на подготовку только десяти специалистов, он уволит ставших ненужными преподавателей и уже не сможет удовлетворить потребность государства, когда та вновь вырастет.

Насколько можно судить, закон предоставляет бюджетные учреждения в свободное совместное пользование их руководителя и контролирующего этого руководителя чиновника и является поэтому специфической формой бесплатной приватизации бюджетной сферы.

При этом, несмотря на предусмотренные в нем сдерживающие меры, он предоставляет огромные возможности для разного рода махинаций по обременению бюджетных учреждений долгами и их закрытию либо переходу в частные руки.

Интересно, что руководство бюджетного учреждения не имеет права распоряжаться недвижимостью и «особо ценным» движимым имуществом, то есть имуществом, необходимым для выполнения государственных заданий. Однако что это за имущество?

Музей может иметь сотни ценнейших картин, но часть их (особенно хранящаяся в запасниках) может быть не признана «особо ценным» имуществом, потому что без них он все равно останется прекрасным музеем. Соответственно, их можно будет распродавать по произволу руководства музея.

Судьба бюджетных учреждений оказывается в принципе непонятной, если в силу нарастающего социально-экономического кризиса государство не сможет оплатить госзадание (для ряда регионов это актуально уже сейчас). Получат ли при этом бюджетные учреждения право отказывать населению в соответствующих услугах, смогут ли их банкротить за долги – на все эти вопросы пока нет ответа.

Но самое главное - серьезное расширение сферы платных социальных услуг. Именно в этом его основной смысл: рыночные отношения все шире распространяются в сферах, нерыночных по своей природе. Расширение сферы платных социальных услуг неминуемо ведет к падению реального уровня жизни. На рубль прироста доходов будет приходиться несколько рублей прироста расходов на социальные нужды, еще недавно бывшие бесплатными.

В условиях массовой бедности это будет означать снижение доступности социальных услуг, в том числе и жизненно важных.

Наиболее болезненна ситуация с образованием: в ряде московских школ уже идет обсуждение того, какие предметы останутся на государственном финансировании, а за какие будут брать деньги с учеников.

Обещания президента Медведева о бесплатности среднего образования прекрасны, но одобряемый им закон позволяет через некоторое время отказаться от них, - если не самому Медведеву, то его сменщику.

Кроме того, непонятно, какие именно услуги будут финансироваться бюджетом в качестве «государственного задания». В принципе возможна ситуация, когда бесплатные услуги здравоохранения сведутся к праву войти в помещение поликлиники, а средним образованием будет официально признана способность читать, писать и пользоваться калькулятором.

Но и при более широких стандартах среднего образования школьники могут лишиться «доступа» к принципиально важным для формирования личности предметам (вроде астрономии) или к предметам, позволяющим становиться отраслевыми специалистами (вроде химии и биологии). Понятно, что это будет означать не только подрыв всех разговоров о модернизации (ибо сделает невозможным подготовку должного числа специалистов), но и новый этап в деле дебилизации основной части населения России.

С другой стороны, это резко ослабит конкуренцию, составляемую детям правящей тусовки со стороны выходцев «из народа» - как писалось в позапрошлом веке, «кухаркиных детей».

Реформа бюджетных учреждений, создавая необходимые и достаточные предпосылки для уничтожения социальной сферы России, делает это уничтожение неизбежным уже в обозримом будущем. Коммерческие интересы всех влиятельных субъектов принятия решений, включая руководителей самих бюджетных организаций, требуют наиболее последовательной и наиболее беспощадной к обществу реализации этой реформы, - и, соответственно, скорейшей атрофии еще уцелевшей части бюджетной сферы и скорейшего превращения россиян в нацию рабов и дебилов.

Михаил Делягин

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015