На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
НОВОСТИ
ПОЗИЦИЯ
СТАТЬИ И ИНТЕРВЬЮ
ДЕЛЯГИНА ЦИТИРУЮТ
АНОНСЫ
ДРУГИЕ О ДЕЛЯГИНЕ
БИОГРАФИЯ
КНИГИ
ГАЛЕРЕЯ
АФОРИЗМЫ
ДРУГИЕ САЙТЫ ДЕЛЯГИНА

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997





Главная   >  Статьи и интервью

КАК ИЗМЕНИТСЯ ЦЕНА НА НЕФТЬ, ЕСЛИ В ЖЕНЕВЕ РОССИИ УДАСТСЯ ДОГОВОРИТЬСЯ О МИРЕ В СИРИИ

2016.01.27 , Комсомольская правда , просмотров 3463

Челышев:

- Это «Комсомольская правда». Антон Челышев у микрофона. Елена Афонина с нами в студии. Доктор экономических наук Михаил Делягин к нам пришел, как обычно, в это время.

Афонина:

- Давайте перейдем к запланированным темам. Сейчас все ждут начала межсирийских переговоров в Женеве. Буквально в эти часы должны определиться, когда же эти переговоры пройдут. Объясните, каким образом эти ожидания связаны с ослаблением или укреплением рубля? Говорят, что да, действительно, то, что происходит сейчас вокруг Сирии и в самой Сирии, очень активно влияет в том числе и на нашу экономику. Ну, например, если СШАначинают наземную операцию в Сирии, о чем они уже сказали практически однозначно, хотя, как мы помним, президент США вроде как в обращении к Конгрессу говорил, что если Конгресс будет не против, то вроде как надо было бы начать наземную операцию, но это как вы решите. Сейчас говорят: уже практически дело решенное. Тут же возникает вопрос: а нам как отвечать на это? Тоже, что ли, идти на эти шаги? А тогда что будет с экономикой?

Делягин:

- Давайте по порядку. Если американцы делают какую-то глупость, мы должны пожать им руку, поздравить, пожелать счастливого пути по общеизвестному маршруту. И желательно сделать так, чтобы они с этого маршрута не сбились. Учитывая теплоту их дружеских чувств к нам. Но самим идти по этому маршруту – да упаси боже. Зачем? Если американцам хочется повоевать, так пусть идут и воюют. И мы же не будем их как-то сдерживать или останавливать. Но если вы видите, что сосед ломает шею, вы же из солидарности, ну, в лучшем случае ему соломку постелите или скорую вызовете. Но вы не будете ломать шею вместе с ним. Особенно когда у вас такие отношения, как у нас с Соединенными Штатами Америки. При этом давайте еще учтем, что американцы все-таки не собираются воевать, по крайней мере официально, с сирийским государством. Что хотя бы официально они продолжают попискивать, что их главный враг кто, помимо лихорадки Эбола, о которой все забыли?

Афонина:

- Да, естественно, «Исламское государство».

Делягин:

- Судя по тому гриппу, который пришел в Москву, я думаю, что как-то рановато мы о ней забыли.

Афонина:

- Судя по тому, что мы заявили о том, что мы создали эффективное лекарство против лихорадки Эбола, президент США может уже расслабиться. Одну напасть мы победили Мы – третье зло в этой цепочке пищевой.

Делягин:

- Остался запрещенный в России ИГИЛ, осталась Россия. Асада в этом списке не было. Поэтому я надеюсь, что они там будут воевать с «Исламским государством». И пусть даже, если они там будут воевать на земле, то и отлично, пусть наших защищают.

Афонина:

- А чего ж хорошего? У нас идет, как мы понимаем, операция с участием воздушно-космических сил. Нас и так уже обвиняют в том, что не по тем объектам бьем.

Делягин:

- Нас обвиняют в том, что мы существуем.

Афонина:

- Да это понятно.

Делягин:

- И будут обвинять всегда. Просто на это можно даже не обращать внимания. Ну жужжит там какая-то Би-би-ся и пусть жужжит.

Афонина:

- Так та же самая Би-би-ся может сказать: вот мы тут начали наземную операцию, если, конечно, она начнется, опять же, с участием американских военных, а вы тут, понимаешь ли, вашим авиаударом уничтожили, не дай боже, нашего американского морпеха.

Делягин:

- Во-первых, я думаю, что бомбить американских морпехов не надо. Их жалко. Есть специально обученные люди, американцами между прочим обученные в «Исламском государстве», пусть они американскими морпехами и занимаются. Это их семейный спор, хоть и не славян, но между собою. И нам в него влезать не надо. И я думаю, что, если мы смогли договориться с замечательным государством Израиль о разграничении полномочий, разграничении сфер влияния, и о том, что никто никого ничего, при том, что напротив Израиля фронт держит «Хезболла», извините, ХАМАС, который главный враг Израиля. Просто главный враг. И при этом война Израиля с этими замечательными структурами никак не отражается на нашей войне с ИГИЛ. И мы смогли договориться о военном… Я думаю, что американцам тоже очень неохота, чтобы чьи-то самолеты бомбили их морпехов из-за идиотизма их собственного командования. А в условиях избирательной кампании главной темой будет не то, что русские опять плохие, главной темой будет идиотизм их собственного командования. Им это тоже не надо. Поэтому я думаю, что, если они окажутся настолько глупы, что пошлют туда пеший экспедиционный корпус, то, во-первых, они все равно будут воевать не сами, а во-вторых, договориться о разграничении сфер влияния будет можно. Будет риск, что они нападут на Асада и сделают с Асадом то, что они сделали уже с Хусейном. Но на это у нас мандата нет сегодня. Это реальный риск, но об этом пока, я думаю, говорить рано.

Челышев:

- Еще одна очень интересная сторона всей этой ситуации – это то, с чего мы начали. Это продолжающееся падение цен на нефть и ослабление рубля. Все-таки есть ли какая-то связь между ослаблением российской национальной валюты и падением цены на нефть?

Делягин:

- Связь прямая. Как между бактерией и насморком.

Челышев:

- И неожиданной такой сговорчивостью, что ли, Москвы в вопросе о создании вот этого формата мирных переговоров по Сирии и так далее. Продолжаем разговор о текущем моменте. Насколько велика связь между падением цены на нефть и падением курса рубля и событиями на Ближнем Востоке? И стоит ли ожидать, что если вдруг мы по Сирии договоримся и выяснится, что там все-таки рассматривается какая-то возможность выборов президента Сирии, и Асад все-таки сможет уйти каким-то демократическим путем, цена на нефть отыграет немного вверх?

Делягин:

- Это на самом деле вопрос очень спорный. Потому что Сирия – это точка напряженности. Когда напряженность снижается, вместе с ней снижается цена нефти. Раз. При этом здесь вообще спорный момент. Потому что, если удастся урегулировать сирийские проблемы, это означает, что будет уничтожено «Исламское государство». Что, в общем, не светит в обозримом будущем, особенно учитывая конструктивную позицию США по этому поводу. Но если оно вдруг будет уничтожено, то кровавая нефть запрещенного в России за терроризм «Исламского государства» будет поступать не по 10 долларов за баррель на рынок, а по рыночной цене. И тогда цена нефти действительно вырастет. То есть это факторы, которые действуют друг против друга.

Челышев:

- Нельзя сказать, что нас держат за горло вот этими ценами на нефть: идите, русские, на уступки, в противном случае мы вас задушим?

Делягин:

- Нет, «идите, русские, на уступки, в противном случае мы вас задушим» мы слышим, можно считать по-разному, кто-то считает, с тысячного года, кто-то считает – с татаро-монгольского нашествия, кто-то считает – с лета четырнадцатого года. Ну, у каждого свой горизонт. Но это есть всегда. И самое страшное, когда нас хвалят. Это значит, что мы вешаемся сами.

Афонина:

- То есть, если Набиуллина получает награду, это значит, что дела совсем плохи?

Делягин:

- Понимаете, в принципе, может быть, какие-то награды получал и Громыко. Может быть, какие-то награды получал господин Зверев. Но когда госпожа Набиуллина получает награду за то, что она способствовала бегству из страны почти полутора сотен миллиардов долларов и не сделала ничего для того, чтобы ограничить это бегство, вообще говоря, с моей точки зрения, это статья Уголовного кодекса. Но не то, что ей дали награду, а ее действия, за которую она эту награду получила. В конце концов, а вдруг Западоказался бы настолько циничен и неблагодарен, что не дал бы ей эту награду. Что вот она старалась, она наизнанку выворачивалась, а он на нее наплевал. Что, от этого ее деяния стали бы менее разрушительными, менее чудовищными? Что, от этого у нас меньше погибло бы бизнеса в России, меньше людей бы заболело или умерло? Я думаю, что нет. Так что это ярлык и содержание явления – это разные вещи.

Что касается Сирии. Влияние Сирии на мировые цены на нефть есть, но они незначительные. Нужно еще учесть, что, если будет уничтожен Асад и будет создана демократическая структура, типа той, которая сложилась в Сомали, в Ливии, на оккупированных «Исламским государством» частях Ирака и Сирии, то в этом случае пройдет по территории Сирии кувейтский газопровод вЕвропу. И наш оттуда отожмут, и, соответственно, это будет, с одной стороны, способствовать снижению цен, с другой стороны, потеря нами рынка. Нужно понимать, что это невозможно. Что людей, которые в Сирии не хотят, чтобы их зарезали, довольно много. И зарезать их не удастся. И они будут сопротивляться. С Асадом, без Асада, с Россией, без России. Они будут сопротивляться. Из 21 миллиона населения Сирии 11 миллионов – беженцы. Правда, 1 миллион вернулся в свои дома в результате нашего вмешательства. 10 миллионов – беженцы. 4 миллиона уже убежали за пределы, 6 – внутри. Вот эти люди за себя будут воевать. Поэтому, когда мы говорим о гипотетическом урегулировании сирийской ситуации американцами без учета сирийцев, как они урегулировали Афганистан, Ирак и далее везде, как они Югославию урегулировали, - этого не будет.

Афонина:

- Что сейчас говорят про Асада. Что он нелегитимно избранный президент, несмотря на то, что выборы прошли.

Делягин:

- А вы знаете, вот легитимно избранный президент Йемена, например, которого и американцы защищают, и Саудовская Аравия защищает, у него срок избрания кончился года за два, за год точно до того момента, как его начали пытаться свергнуть. Никого это не волнует. Если вы послушаете некоторые конкурирующие радиостанции либеральные, то вы узнаете, что у нас и президент Российской Федерации нелегитимен. Если кто-то покурил или кто-то взял грант, ну что, нас надо бомбить? Правильно я понимаю? Так что насчет легитимности – извините. В Российской Федерации без формального нарушения конституции президент не может идти на третий срок. А вГермании может идти канцлер на третий срок.

Афонина:

- Я сейчас, скорее, говорю, об урегулировании сирийского вопроса.

Делягин:

- Потому что в Германии американцы законы писали в конце 40-х, а в России те же самые американцы, так уж по-честному если, писали в начале 90-х.

Афонина:

- Если будет достигнута договоренность по сирийской проблеме, если будут проведены очередные выборы сирийского президента, значит ли это, что все стороны должны сказать: да, ну эти-то уж выборы точно были легитимны. Несмотря на то, что половина и даже большая часть территории по-прежнему под «Исламским государством».

Делягин:

- Обиженные люди всегда говорят, что выборы нелегитимны. В Израиле, правда, выборы проходят в условиях войны, и все вроде довольны. И арабы, граждане Израиля, принимают участие.

Афонина:

- Как мы понимаем, на Украине тоже выборы Порошенкопрошли не в самой спокойной обстановке.

Делягин:

- Вы знаете, это как раз совершенно две разные реальности. В Израиле выборы прошли, израильское общество говорит: да, мы избрали. Ну и что, что кругом теракты, нормально. А на Украине выборы прошли, и молчание было обусловлено просто физическим убийством или посадкой в тюрьму людей, которые намекали на то, что это не выборы, а назначение гауляйтера города Киева. Вот и вся разница. Во-первых, скорее всего, это будет невозможно, пока идет война. Второе. Для того, чтобы выборы прошли, должен пройти, завершиться политический процесс. Не начаться, а завершиться. Политический процесс может идти с участием реально существующих сил. То есть при всех разногласиях сирийское государство может договариваться с курдами. Я не понимаю, почему еще этого не произошло. Это какие-то их внутренние большие проблемы ментальные. И поэтому нужно, безусловно, помочь. И, если слов не хватает, то можно и кулак показать. Какие-то существующие оппозиционные силы, которые хоть что-то контролируют, которые реально существуют, реально воюют, пусть даже с американской поддержкой, пожалуйста, они воюют с «Исламским государством», отлично, ребята, вы имеете право на существование. Но когда мы видим якобы сирийскую оппозицию, которая на самом деле является филиалами этого «Исламского государства», простите, пожалуйста, а они тоже будут принимать участие в решении будущего Сирии?

Афонина:

- Будут, будут!

Делягин:

- А самое главное, что есть огромная часть сирийской оппозиции, которой не существует, которая существует в воспаленном воображении глобальных медиа. Вот эти замечательные сирийские общественники и правозащитники, которые, сидя в Лондоне, регулярно самые первые в мире получают фотографии о зверских бомбардировках российской авиацией. И мы потом по всем нашим соцсетям, наши замечательные либералы все это тиражируют, не обращая внимания на то, что это фотографии двух-, трех-, пятилетней давности, непонятно, а иногда даже понятно откуда. И эти люди тоже американцами будут притащены за стол переговоров. Поэтому здесь переговоры важны сами по себе. Переговоры важны для того, чтобы отделить овец от козлищ. И нужно еще понимать, что это гражданская война. Она началась как внешняя интервенция. Сейчас она в значительной степени уже гражданская. И есть много структур и много групп людей, которые сегодня симпатизируют «Исламскому государству», а завтра могут симпатизировать нормальным светским властям. Мы говорим: ребята, хоть белые, хоть красные, хоть серо-буро-малиновые, хоть черные, только, пожалуйста, не стреляйте. Мы готовы платить десятину, мы готовы платить налог, мы готовы делать все, что угодно, с женщинами – не мусульманками, только не стреляйте. Вот их тоже нужно вовлечь в эти переговоры. Дайте им все, что угодно, чтобы они могли себя защитить от террористов.

Но, к сожалению, я не очень верю в то, что замечательное американское государство, которое создавало исламских террористов, уже доказано, что и «Аль-Каида», и «Талибан», и нынешнее третье поколение – это все продукт деятельности американских спецслужб. А теперь вдруг они хотят вместе со всеми с ними воевать. Чего-то я в это не верю. Пока наши не начали бомбить, они чудесно воевали, отчитывались, как Госплан при Советской власти, и результат был нулевой.

Челышев:

- Возвращаясь к теме цен на нефть как рычага давления на Москву. Нам чем придется пожертвовать ради того, чтобы каким-то образом цены на нефть пошли вверх? Вывести наши ВКС из Сирии, вообще уйти из Сирии? Как-то потесниться в целом на Ближнем Востоке?

Делягин:

- Я не вижу связи между Сирией и ценами на нефть. Цены на нефть определяются – вниз толкает сокращение международных спекулятивных капиталов из-за укрепления американской экономики, прекращения количественного смягчения, войны с Саудовской Аравией за сохранение своей доли на рынке, за уничтожение американской сланцевой нефти, выхода Ирана на мировой рынок. Внутри американской ситуации, когда демократы бьют республиканцев.

Челышев:

- Еще раз: нас не шантажируют низкими ценами на нефть для того, чтобы мы…

Делягин:

- Нас шантажируют всем, чем угодно. Нас шантажируют, что вот, если мы завтра не повесимся…

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015