На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997





Главная   >  Статьи и интервью

Москва остается собирательницей денег российских

1997.01.25 , "Коммерсант" , просмотров 572
Финансовые потоки в условиях стагфляции
       Разнообразные статистические затруднения позволяют судить об объеме финансовых потоков региона только на основе величины денежных доходов населения. Умышленным и неумышленным искажениям он поддается в наименьшей степени, ибо носит результирующий характер: любая хозяйственная деятельность в конечном итоге выливается в денежные доходы граждан. Финансовые потоки ближе всех остальных показателей, используемых при сравнении условий банковской деятельности в различных регионах, стоят к производству, на порядок более инерционному, чем финансовая сфера. Этим объясняется их относительная стабильность (см табл. 1) — положение одного региона относительно других меняется довольно медленно.
       Понятно, что изменение величины финансовых потоков по сравнению со среднероссийским уровнем может рассматриваться как индикатор состояния экономики региона в целом. Сокращение доли российских денег, проходящих через конкретный регион, свидетельствует об ухудшении его положения относительно других регионов страны, и наоборот — увеличение индекса финансовых потоков сопровождает относительное улучшение социально-экономической ситуации в регионе.
       В начале отслеживаемого периода финансовые потоки Москвы уступали финансовым потокам ряда важнейших промышленных регионов — Урала, Поволжья и Западной Сибири. Однако затем Москва стала оттягивать на себя все большие финансовые потоки и в начале 1994 года — через два года после радикальной экономической реформы — стала бесспорным лидером. Это объяснялось, с одной стороны, тем, что Москва сама имеет большой производственный потенциал, а с другой — развитой банковской инфраструктурой, здесь сосредоточены лучшие кадры, коммуникации и т. д. Вместе с тем между степенью развития банковской системы и объемом финансовых потоков есть и обратная связь — чем большие финансовые потоки проходили через столицу, тем более благоприятные условия для развития банков складывались здесь.
       Долю пропускаемых через себя финансовых потоков Москва неуклонно увеличивала с начала 1993 года и вплоть до конца 1994 года. После этого процесс "собирания Москвой денег российских" несколько замедлился, а в III квартале прошлого года и впервые за все время реформ пошел на спад. Причина — ужесточение финансовой политики правительства. Дело в том, что в столице, где сконцентрировались огромные средства, активно развивались чисто финансовые спекулятивные рынки. В условиях стагфляции (сочетания инфляции и спада производства) разбухание финансовых рынков компенсирует уменьшение потоков, связанных с производством, но при ужесточении финансовой политики спекулятивные рынки "схлопываются" первыми. Сокращение доли финансовых потоков, проходящих через Москву, в III квартале 1995 года отражает момент, когда финансовый кризис уже в полной мере сказался на московских банках, но еще не дошел до банков региональных.
       До начала 1995 года второе место после Москвы традиционно занимал Урал. В этом "оборонном" районе гораздо слабее, чем в Москве, развиты финансовые рынки, поэтому, прежде чем в столице по банкам ударил финансовый кризис, на положении Урала сказалось падение производства. При этом величина финансовых потоков Урала относительно среднероссийского уровня в целом стабилизировалась, как и у Москвы, еще в середине 1994 года. Разница заключалась лишь в том, что в Москве в целом завершилось увеличение финансовых потоков, а на Урале — их сокращение. В III квартале 1995 года, как и в Москве, на Урале произошло существенное сокращение доли проходящих через него финансовых потоков. Причина та же — разворачивающийся финансовый кризис.
       В начале 1995 года второе место, оттеснив Урал, заняла Западная Сибирь. Этот регион в 1993-1994 гг. постепенно терял финансовые потоки, что, в общем, совсем неудивительно: промышленный кризис ударил и по нефтедобывающей промышленности. Однако в 1995 году объем финансовых потоков в районе стремительно возрос, обогнав уровень "благополучного" начала 1993 года и заставив вспомнить описанную выше динамику московского региона. Причина стабилизации финансовых потоков Западной Сибири на новом уровне связана, вероятно, с активизацией деятельности нефтяных компаний и их выходом на мировые финансовые рынки. Последовавшее затем некоторое сокращение доли финансовых потоков вызвано опять-таки чрезмерно жестокой политикой государства, больно ударившей практически по всем промышленным районам.
       Поволжье, уступив в I квартале 1993 года третье место Западной Сибири, в течение всего рассматриваемого периода оставалось на четвертом месте. При этом доля финансовых потоков России, проходящая через него, практически неуклонно снижается, что отражает постепенное ухудшение положения оборонных предприятий и бывших "гигантов социндустрии".
       
Отрыв лидеров от других регионов увеличивается
       Рассматривая картину в целом, можно сказать, что период относительно быстрого нарастания региональной дифференциации по объему финансовых потоков в целом завершился еще к концу 1994 года. В 1995 году он продолжался, но значительно медленнее. Увеличивается отрыв от основной части регионов, с одной стороны, лидеров — Московского, Западной Сибири и Урала, с другой — аутсайдеров, причем к Центрально-Черноземному району вплотную приблизился быстро сокращающий долю обслуживаемых финансовых потоков России Волго-Вятский (относительно устойчивое положение Нижнего Новгорода, по-видимому, уже не может компенсировать сокращение финансовых потоков в менее развитых его частях).
       Северный и Восточно-Сибирский экономический районы также неуклонно ухудшают свои показатели. Первый — вследствие исключительно высокой доли оборонных и дотационных производств, второй — в значительной степени из-за высоких транспортных тарифов, существенно затрудняющих его предприятиям выход не только на внешние, но даже и на внутренний рынок. Объемы финансовых потоков Восточной Сибири примерно сравнялись с аналогичным показателем Северо-Западного экономического района, с той лишь разницей, что положение последнего постепенно улучшалось весь 1995 год, прежде всего за счет Петербурга.
       Наблюдается и увеличение доли финансовых потоков страны, приходящееся на территории Северного Кавказа, однако их динамика, скорее всего, еще долго будет определяться не столько развитием экономики региона, сколько интенсивностью военных операций и восстановительных работ в Чечне.
       Важным событием III квартала 1995 года следует признать существенное снижение объема финансовых потоков Дальнего Востока. Пока ожидания усиления финансовой мощи и самостоятельности этого отдаленного от основной части России региона не оправдываются. Можно предположить, что реализация Туманганского проекта, роль России в котором совершенно незначительна, со временем оттянет международные товаропотоки от Владивостока в создаваемую в устье реки Туманная свободную экономическую зону и приведет к еще большему сокращению финансовых потоков России, проходящих через Дальний Восток. 
       
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015