На главную страницуМихаил Делягин
На главную страницуОбратная связь
новости
позиция
статьи и интервью
делягина цитируют
анонсы
другие о делягине
биография
книги
галерея
афоризмы
другие сайты делягина

Подписка на рассылку новостей
ОПРОС
Надо ли ввести визы для граждан государств Средней Азии, не ставших членами Евразийского Союза (то есть не желающих интеграции с Россией)?:
Результаты

АРХИВ
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1997





Главная   >  Статьи и интервью

Кризис президента

2000.06.30 , "Ведомости" , просмотров 369

Пытаясь достичь высоких справедливых идеалов, президент практически одновременно нападает почти на все влиятельные политические силы общества, мало-помалу восстанавливая их против себя. И в ближайшем будущем ему, возможно, придется делать выбор между двумя формирующимися лагерями оппозиции, что стало бы для Владимира Путина политическим поражением. И обществу следует помочь президенту преодолеть наметившуюся конфронтацию.

Первой задачей тогда еще не президента Путина была вторая чеченская война, конца которой, несмотря ни на какие победные рапорты, не видно.

Второй — борьба с преступностью и коррупцией, ставшая таким же обычаем чиновничества, как и взятка.

Третья задача, за которую президент взялся почти одновременно с инаугурацией, — формирование вертикали власти, укрощение губернаторской вольницы. Функции представителей президента, правовое поле их работы и механизмы взаимодействия с региональными и федеральными структурами власти не ясны до сих пор. Совет Федерации в новой редакции более всего напоминает «кладбище» отслуживших оба срока губернаторов.

При этом президент ликвидировал выборность глав местного самоуправления. Сокращение количества ведомств не улучшило, а ухудшило их взаимодействие. Примером служит «флагман реформ» Герман Греф, подвергшийся подлинному административному надругательству: в созданном «под него» министерстве были искусственно соединены совершенно не связанные друг с другом функции стратегического планирования (экономическая политика) и оперативного управления (внешняя и внутренняя торговля, северные регионы и т. д.).

Необходимое укрощение олигархов и приведение их в состояние «равноудаленности» обернулось применением излишне жестких мер не к кому-нибудь, а именно к «наиболее удаленному» от власти из всех известных олигархов, ссорой со СМИ и остатками демократической интеллигенции.

Последовавшая за этим попытка пересмотра итогов приватизации повергла в шок даже не только российских, но и иностранных инвесторов и сделала невозможным списание долгов России Парижскому клубу.

Параллельно с этим, создав вокруг каждой из упомянутых задач атмосферу гнетущей напряженности, президент ориентировал государство на проведение экономической реформы. Программа его собственного правительства объективно ссорит его не только с населением, но и с оплотом всякой власти в России — с силовиками.

Население в основном еще сохраняет фантастически завышенные предвыборные ожидания. Поэтому столкновение с программой станет для него шоком. Если сейчас, по данным программы Грефа, обязательства государства оцениваются в 60% ВВП, а выполняемые обязательства — в 52% ВВП, то к 2010 г. выполняемые обязательства намечено сократить до 32,5% ВВП. Таким образом, доля госрасходов в ВВП упадет за 10 лет в 1,6 раза, а их абсолютная величина (с учетом планируемого роста ВВП) — в 1,3 раза.

Фактически главным инструментом преобразований служит социальный дефолт. Так, государство отказывается от самой идеи обеспечения прожиточного минимума, являющегося экономическим выражением не чего-нибудь, а права на жизнь. Социальную помощь будут получать только семьи с потреблением ниже прожиточного минимума, причем помощь вовсе не призвана обеспечивать его достижение (к слову, о ее целях в программе не говорится вообще ничего). Для семей с уровнем потребления выше прожиточного минимума, даже бедных, вводятся платное здравоохранение и образование.

Сотрудникам силовых структур планируется отменить льготы, в том числе по жилищно-коммунальным платежам, по проезду и отдыху. Обложение же подоходным налогом при 11% -ной инфляции и возможной 10% -ной индексации означает резкое — на 13% снижение их реальных доходов.

В результате президент из самых разнородных элементов, которые, казалось, в принципе не могут иметь общих интересов, выстраивает против себя единый оппозиционный фронт. Этот фронт включает местные и региональные власти, олигархов и крупный бизнес, СМИ и не просто остатки «демшизы», но те значительные и разнородные слои общества, которые осознали практическую важность демократии и прав человека.

С другой стороны, концентрируются сторонники наведения «все равно какого» порядка. Неверно ограничивать эту группу представителями силовых структур.

Инъекция насилия и беспомощности, делаемая беспросветной чеченской войной, безысходная нищета, оскорбительная демонстрация бессилия государства, невероятная по цинизму аморальность и безграмотность проповедников демократии и рынка, естественный для проигравших в мировой конкуренции реваншизм, катастрофическое падение интеллектуального уровня, физического и психического здоровья нации все это делает сторонниками «охранительного» подхода бесспорное большинство населения.

В итоге президент Путин — вместе с наиболее активной и эффективной частью общества — все больше напоминает Горбачева. Тот так и не совладал с двумя враждебными силами, недееспособными по отдельности и дополняющими одна другую, — и они взорвали страну..

Нынешние стремительно вызревающие силы тоже не могут решить проблемы страны поодиночке. Олигархи доказали, что не способны управлять государством.

Силовики знают, от чего его надо защищать, но имеют слабое представление о том, куда и как его надо вести.

Подчиниться любой из недееспособных сил — смерть для политика. У Путина есть только один достойный выход: консолидировать стихийно поднимающиеся движения на основе их общих интересов.

В сознании россиян уже произошел синтез разнородных либеральных и «государственнических» идей. Результат этого синтеза на общественно-политическом поле можно окрестить «социальным» либерализмом: он дополняет либеральные идеалы личной свободы признанием необходимости социальной ответственности и важности минимально необходимого государственного регулирования как стержня рыночных отношений.

Когда президент попадает в затруднительное положение, общество, его сознательные члены должны стремиться помочь ему, пока сохраняется надежда на эффективность такой помощи. Не из жалости или воспоминаний о «правильном» или «неправильном» голосовании, а просто потому, что проблемы президента это проблемы всех, кто живет в стране, и помогать ему — единственный способ помочь себе.

Понятно, что «помочь» — значит не восхвалять любую ошибку, а внятно и своевременно указывать на нее, в идеале предлагая пути ее исправления.

Пока еще есть надежда, что страна не ошиблась в очередной раз.

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Михаил Делягин © 2004-2015